П.Н.Михайлов – за творческий подход к математике

Павел Никонович Михайлов – доктор физико-математических наук, профессор, учёный секретарь института прикладных исследований Академии наук Республики Башкортостан, заведующий кафедрой алгебры, геометрии, теории и методики обучения математике СГПА, почётный работник высшего профессионального образования РФ, заслуженный учитель РБ, автор более 150 научных работ.

Один из любимейших преподавателей студентов факультета математики и естественных наук Стерлитамакской педакадемии П.Н.Михайлов традиционно набирает наивысшие рейтинги среди педагогов вуза. Молодёжи импонирует его демократичность, прекрасное чувство юмора и широкий кругозор. На его потрясающих лекциях, которые преподносятся как увлекательный детектив, обязательно присутствует экскурс в историю. Чертя на интерактивной доске сложные математические фигуры, единственный в городе и республике геометр не забывает проводить параллели с литературой, поэзией, искусством… И если в геометрии параллельные прямые никогда не пересекаются, то на лекциях Михайлова даже у самых полярных наук обязательно находятся точки соприкосновения. Как у него это получается, мы и решили выяснить.

В УЧИТЕЛЯ – ПО ПРИМЕРУ ДЕДА

– В чувашской деревне Новосёлка Фёдоровского района, где я вырос, мало кто говорил по-русски, поэтому я, приехав из Казахстана, чувствовал себя почти иностранцем. В нашей школе очень хорошо преподавались точные науки, и выпускники стабильно поступали в Московский и Казанский университеты. До меня целое поколение уехало в МФТИ.

А вы почему-то решили пойти в педагогический…


– Я целенаправленно готовился стать педагогом. Помню, уже в восьмом классе написал в анкете, что хочу быть учителем. На выбор повлиял мой замечательный дедушка. В 34 года он ослеп и впоследствии учительствовал, обучал чтению слепых. Я, кстати, благодаря деду тоже освоил методику чтения пальцами. Каждый день я водил дедушку за руку по деревне, и он часто рассказывал о математике, предлагал занимательные задачи. Дед обладал нестандартным мышлением, он учил меня находить правильный ответ несколькими способами и использовать неожиданные варианты решений. Помню, в задачах, где требовалось подсчитать, сколько у хозяйки овец и кур, дедушка предлагал: «Представь, что каждая овца встала на одну лапу…». А дальше всё легко получалось согласно свойствам чётности и нечётности. Поэтому после окончания школы для меня не стоял вопрос, куда поступать – только в Стерлитамакский педагогический институт, который в своё время окончил дедушка…

После деревни Стерлитамак показался мне Парижем. Я чуть не потерялся в городе. Хорошо хоть земляки начертили мне подробный план, как добраться от автовокзала до института. Там даже была такая фраза: «Общежитие расположено к направлению троллейбуса под углом 30 градусов»…

Чем вам запомнились студенческие годы?
– Это было потрясающее время и потрясающие люди – интересные, неординарные… Взять хотя бы преподавателя Полякова, который принимал экзамены до двух часов ночи и оценивал знания по весьма оригинальной системе: «2–», «3++» и так далее. Ещё меня удивлял сосед по комнате Владик, который ежедневно посылал своей любимой девушке в Бижбуляк письма объёмом в четыре листа, причём очень мелким почерком. Если не успевал отправить почту, то на другой день в деревню летело сразу два послания. Мне до сих пор интересно, о чём Владик писал и где ежедневно находил столько тем? Другой мой сосед, Шамиль, заразил всю нашу комнату увлечением паять приёмники. Тогда это было очень модно. А ещё в свободное время мы самозабвенно решали задачи. Сами отыскивали интересные примеры и разбирали их всей компанией. Советовали друг другу, что можно порешать на каникулах. Сегодня такое представить сложно… В годы моей молодости считалось большой удачей занять место в читальном зале. У нас было не принято приходить на семинар без домашнего задания. Не получалось – шли за советом в соседние комнаты к старшим товарищам.

Вообще, что характерно, в наше время не было дедовщины. Старшие всячески опекали младших. Помню, даже абитуриентов, насквозь промокших под дождём, сидевшие на вахте пятикурсники заставили переодеться и напоили горячим чаем.

«БРЕЙН-РИНГ» НА СЕЛЕ

По окончании института мечта стать учителем сбылась?
– Да, я вернулся к себе в район, в село Дедово. Помимо математики учил школьников астрономии и черчению. Кроме меня в тот год в школу приехали семь молодых педагогов. Время мы проводили творчески – организовали музыкальный ансамбль «Бубенцы». Его идейный вдохновитель – учитель химии Геннадий Матюхин – был по-настоящему одарённым человеком. Меня, к примеру, он буквально за несколько месяцев научил играть на гитаре, хотя до этого я даже инструмента в руках не держал.

Параллельно организовали клуб вопросов и ответов. Суть его была в том, что по вечерам в клуб приходили школьники с родителями и засыпали нас каверзными вопросами типа: «Кто придумал телевизор?» и т.д. Сейчас я понимаю, что задумали мы довольно дерзкое мероприятие и, чтобы не опозориться, были вынуждены запоем читать разнообразную литературу. Впоследствии эти вечера вопросов и ответов превратились в настоящее шоу, на которое собиралась вся деревня. Землякам было любопытно посмотреть, сумеют ли выкрутиться молодые учителя под напором школьников, штудирующих энциклопедии. Благодаря таким нестандартным приёмам у детей просыпалась тяга к знаниям. И спустя годы я горжусь, что восемь человек из моего класса поступили тогда в заочную физико-математическую школу при МФТИ.

Потрясающий результат для деревенской школы! Раскройте своё ноу-хау, Павел Никонович! Как увлечь математикой обычного ребёнка, чтобы он сумел разглядеть красоту и гармонию в безликих рядах чисел и сухих расчётах?
– Я убеждён, что учиться можно только на успехе. Если есть успех на текущем шаге, ты обязательно сделаешь следующий. Большая победа слагается из множества промежуточных достижений. Главное – вовремя замечать маленькие успехи ученика, вдохновлять на большее. Математика уникальна. То, что ребёнок изучил сегодня, завтра он уже сможет применить в реальной жизни. Меж тем, математический мир – воображаемый, идеальный. Это некое Эльдорадо, мифическая страна, в которой нет подлости, предательства, лжи. Кстати, многие учёные спасаются от жестоких реалий жизни в гармонии математики.

ТРУДНЫЙ ПУТЬ – ОН ВЕРНЫЙ САМЫЙ

Скажите, почему вы отдали предпочтение геометрии, а не алгебре? Ведь традиционно геометрия считается сложнее. Или вы не искатель лёгких дорог?
– Отвечу физической метафорой. В природе существуют два вида течений: ламинарное (однонаправленное) и турбулентное (неупорядоченное). При определённой скорости спокойное ламинарное течение всегда переходит в хаотичное, турбулентное. И это одна из загадок науки, так как в природе, наоборот, всё стремится к состоянию покоя, экономии энергии: человек – к отдыху, накапливанию сил, маятник – к равновесию. Я же всю жизнь стремлюсь к турбулентности. Поэтому люблю осваивать новые, неизведанные области. На непротоптанной тропинке, конечно, тяжелее, но там ты один. Как говорил Шарль де Голль: «Выбирайте самый трудный путь. Там вы не встретите конкурентов».

Я выбрал геометрию, потому что алгебраические примеры кажутся мне стандартными. В конечном счёте все они сводятся к основным типам. В геометрии же каждая задача требует особого подхода. К тому же я считаю, что нельзя замыкаться только на одной области. Чем шире у человека кругозор, тем лучший из него получается специалист своего дела. Любые знания полезны. К примеру, армейские навыки телеграфиста помогли мне впоследствии легко научиться печатать десятью пальцами на клавиатуре.

В аспирантуре московского пединститута я вновь столкнулся с творческими людьми. Валерий Селиванов возглавляет сейчас кафедру информатики в Костромском университете и является членом Союза писателей РФ; Геннадий Клепиков разрабатывает методику высшей школы в Самаре и состоит членом Союза художников РФ. В комнате мы выпускали свою стенгазету. За плохую уборку следовала грозная заметка «За половую распущенность!..». Вместе мы разработали теорию псевдоматерного языка: все положения, аксиомы, отношения выводились там «народным» языком. Как-то показали свою теорию доценту-скептику из Волгограда. Он сутки изучал, но противоречий найти не смог.

Однажды с нами приключилась курьёзная история. Заглянули как-то две девушки: «Мы по объявлению». Мнутся, ничего толком объяснить не могут. Ладно, мы их чаем напоили, под гитару спели, стихи почитали. Они послушали и говорят: «Мы вам, наверное, не подходим!». Только они ушли, другая пара девушек явилась, тоже по объявлению. Мы и их чаем угостили, спели. Потом ещё две пришли. Ситуация прояснилась, когда в лифте обнаружилось объявление, которое шутники повесили по случаю 1 апреля: «Три потенциальных кандидата наук ищут спутниц жизни». Самое удивительное, что мой сосед действительно женился на одной из пришедших девушек, и я тоже встретил свою будущую супругу в общежитии МГПИ. Валя – родом из Башкирии, училась на физфаке. Наш роман с супругой длится уже 32 года. Сын Алексей пошел по нашим стопам – по результатам олимпиад он был зачислен на факультет общеприкладной физики МФТИ.

УЧЁНЫМ ВАЖНО БЫТЬ НА ОДНОЙ ВОЛНЕ

Вы стремитесь объяснять математику нестандартно, растолковывать сложное на пальцах?
– Я считаю, творческий подход к обучению – самый эффективный. Студент находится в состоянии покоя, и преподавателю нужно придумать что-то необычное, чтобы расшевелить аморфное, полуспящее существо. Для этого полезно пообщаться с учениками в неформальной обстановке, при других обстоятельствах. По молодости я играл с ними в футбол, потом мы стали сплавляться вместе по Зилиму. Эгоисты и люди, не умеющие жить в коллективе, отсеивались сразу. Как-то у академика Р.И.Нигматулина спросили: «А у вас в институте океанологии есть сволочи?». Он подумал и ответил: «Нет. У нас работа связана с экспедициями». На природе человек проверяется «на вшивость», к тому же совместная деятельность сближает.

Почему кандидатскую диссертацию вы писали по геометрии, а докторскую – по физике?
– Ещё в студенческие годы я заинтересовался топологией. Эта новая область математики зародилась в 1925 году, а в годы моего обучения обрела популярность. Книги Келли произвели эффект разорвавшейся бомбы – они буквально ходили по рукам. Человек брал книгу на ночь, конспектировал, на другой день делал доклад в институте и передавал пособие следующему счастливчику. В аспирантуре я с головой ушёл в топологию, и моя кандидатская была посвящена сетям на поверхностях постоянной средней кривизны.

Но у всякой науки есть период расцвета и период тихой жизни. В геометрии пока не появляется новых идей и методов – макромир изучен, а для исследования микромира нужно накопить больше экспериментального материала. Тогда начнется новый виток геометрии. Тема моей докторской «Температурные поля в скважине и пластах при фильтрации химических и радиоактивных растворов в асимптотическом приближении». Суть работы в том, чтобы математическими методами решить проблему контроля над подземными захоронениями радиохимических отходов. Эта проблема крайне актуальна. В 1956 году в Челябинске от сливаемых отходов загорелось озеро Карачай. Тогда было решено закачивать отходы под землю – в пластах происходит естественная фильтрация (этим принципом объясняется чистота родников). Но при этом нужно следить за температурой в скважине во избежание взрыва. Ведь скважина, как и человек, болеет. И нужно периодически измерять температуру, чтобы вовремя принять меры.

Кроме того, наряду с другими учёными института прикладных исследований я занимаюсь инновационными проектами, связанными с предприятиями «Авангард» и «Сода». На «Авангарде» остался порох, который нужно уничтожить, не портя атмосферу. Мы нашли выход – использовать порох для создания газогенераторов, которые служат для нефтедобычи. Второй проект касается одной из острейших проблем города – выработки соды. Как известно, предприятие страдает от нехватки известняка, при обжиге которого получается необходимый углекислый газ. А можно получить газ кислотной обработкой (соляной кислотой). Тогда не придётся дробить гору Тра-Тау.

Моделированием физических проектов я занимаюсь под руководством научного консультанта А.И.Филиппова. Хочу заметить, что успех проектов во многом зависит от творческого взаимопонимания. Иначе может получиться, как у Айседоры Дункан и Бернарда Шоу. Есть легенда, что блистательная танцовщица спросила у маститого драматурга: «Почему бы нам при моей красоте и вашем таланте не подумать о совместном ребёнке?». Драматург не растерялся: «А вы не допускаете вариант, что ребёнок унаследует ваш ум и мою красоту?». Мне нравится, что мы с Александром Ивановичем находимся на одной волне.

В этом году вам исполнилось 60 лет. Появились ли какие-то новые ощущения?
– Отвечу словами Жванецкого. Когда молоденькая журналистка спросила его: «Что такое 60 лет?», Жванецкий остроумно заметил: «Это страх в ваших глазах, а остальное по-прежнему». От себя же добавлю: жизнь коротка, а задач – великое множество. Мне ещё многое надо успеть.
Беседовала

ЗАРЕМА ЦЫГАНОВА

 

Автор: (14 Авг 2012). Рубрика: Лента новостей, Образование. Вы можете отслеживать комментарии через RSS 2.0. Вы можете пропустить до конца и оставить комментарий. Обратные ссылки отключены.




Ответить

*

Фотогалерея


Войти