В Стерлитамаке состоялся сольный концерт английской пианистки

ВИЗИТКА

Майя Иргалина с отличием закончила бакалавриат и магистратуру Белорусской государственной академии музыки, получила степень магистра и золотую медаль Королевского Северного колледжа музыки, имеет диплом международного артиста. Неоднократно становилась лауреатом престижных международных конкурсов, проходивших в Румынии, Великобритании, Франции, Австралии, Испании. Участвовала в мастер-классах таких известных педагогов и пианистов, как Дмитрий Башкиров, Матти Раекаллио, Мишель Берофф, Питер Франкл. Выступает на фестивалях и активно даёт концерты в городах Германии, Франции, Италии, Австрии, Польши, Китая. Нынешним летом она исполняла концерт Моцарта № 23 с оркестром «Parlate» под управлением Сергея Бабаяна в Италии, а перед приездом в Башкирию выступила на знаменитом Эдинбургском фестивале «Fringe» и дала несколько концертов в Австрии со своим трио
«Ensemble Tryptigue».

Известная концертирующая пианистка Майя Иргалина, чьё сольное выступление состоялось недавно в детской музыкальной школе № 1, – наша землячка. В Стерлитамаке прошло её детство, здесь она начала обучаться музыке (отсюда и желание выступить на сцене родной школы), здесь живут её близкие, которых она периодически навещает в перерывах между гастролями по всему миру.
Сосредоточенная за инструментом, с экспрессивной манерой исполнения, она оказалась совершенно иной в обыденной жизни – весёлая хохотушка, иронично посмеивающаяся над всем и прежде всего над собой.

Майя, вы всегда такая весёлая?
– Это моя природа, и её уже не переделаешь. На международном конкурсе в Австралии жюри, наградив меня специальной премией, отметило, что исполнение Иргалиной безукоризненно, но нельзя быть столь оптимистичной за инструментом.

– Вы расстроились?
– Нет, у меня много других побед. Да и конкурсы другие будут, жизнь ведь на этом не заканчивается.

Как реагировали учителя на особенности вашего характера?


– По-разному. Мой первый педагог Валерий Владимирович Закиров, к которому я пришла ещё в шестилетнем возрасте, сам был человеком с хорошим чувством юмора. Поэтому наши занятия больше напоминали весёлые посиделки. Моя любимая няняйка Сания Зиннатулловна Иргалина, выйдя на пенсию, специально устроилась вахтёром в музыкальную школу и иногда делала замечания. Мол, стояла за дверью, слушала, а вы больше хихикали, чем занимались. Я благодарна Валерию Владимировичу за такт и очень сожалею, что из-за болезни он не смог побывать на моём сегодняшнем концерте.Когда мы переехали в Беларусь, я поступила в специализированный музыкальный лицей для одарённых детей при консерватории (отец Майи – военный. – Л.Ц.). Обучение в лицее кардинально отличалось от того, к чему я привыкла в Стерлитамаке: в нашей «музыкалке» не было такой строгости, давления, и я могла играть просто в удовольствие, для себя. В результате, устав от бесконечной муштры и жёсткой дисциплины, я вообще решила порвать с музыкой.К счастью, меня переубедили родители. Они посоветовали не рубить сплеча в 14 лет, постараться всё-таки получить среднеспециальное образование и перевели меня в колледж искусств. Там обстановка была спокойнее, а педагог Тамара Ивановна Маркова ни разу не позволила себе повысить на меня голос, несмотря на то, что вначале я не хотела заниматься музыкой в принципе. Иногда вместо того, чтобы принести на урок выученное произведение, я приносила торт, и мы два часа пили чай и вели разговоры «за жизнь». Зато через какое-то время мне помимо обязательной программы захотелось выучить ещё несколько «Музыкальных моментов» Рахманинова. А затем я сама нашла конкурс и решила во что бы то ни стало на нём победить. Получилось так, что Тамара Ивановна ненавязчиво сделала всё, чтобы мне самой захотелось работать.Но главную роль в моей профессиональной судьбе сыграла профессор Белорусской государственной академии музыки Лилия Завеновна Тер-Минасян, которая стала моим кумиром и примером во всём. В 70 лет она потрясающе выглядит: всегда на высоких каблуках, стройная, подтянутая, по-настоящему интеллигентная, с широчайшим кругозором. Благодаря Лилии Завеновне я заметно улучшила технику, а ещё твёрдо решила стать пианисткой. До встречи с ней меня мучили сомнения, и от отчаянья я даже собиралась подавать документы на экономический факультет. Лилия Завеновна стала моим главным советчиком как в профессиональных делах, так и в личных. Она научила меня отыскивать ответы на жизненно важные вопросы в музыке.

Вот уже пятый год вы живёте в Англии. Почему выбор пал именно на эту страну?


– Во-первых, я свободно говорила на английском. Во-вторых, всегда относилась к Англии с благоговением. В-третьих, на гонорары концертирующей пианистки в странах СНГ не проживёшь, классика у нас не кормит. Поэтому многие мои друзья и сокурсники перебрались в Германию, Канаду, США, Индонезию. Мне ближе Европа. Франция мне чужая по духу, в Италии делают ставку на вокалистов, а не на пианистов. Поэтому остановила свой выбор на Англии.
После выигранных подряд нескольких международных конкурсов я отослала документы в различные учебные заведения Великобритании и по результатам прослушивания поступила во все. Но так как обучение в Англии платное, причём недешёвое (порядка 18 тысяч фунтов в год), я выбрала Королевский Северный колледж музыки, где гарантировали стипендию, полностью покрывающую расходы на обучение.

А как решился вопрос с жильём?
– Оплатить съёмную квартиру помог один из белорусских банков – генеральный спонсор многих культурных мероприятий, проходящих в Беларуси. Этот банк активно поддерживает талантливую молодёжь республики, в том числе и меня – обладателя гранта и именной стипендии Президента Беларуси.

Обычно музыкальные пристрастия педагогов передаются ученикам…
– Я не стала исключением. Лилия Завеновна обожает Гайдна и Скарлатти. Гайдн стал и моим любимым композитором. Сердце моего английского наставника Грэма Скотта растопили Рахманинов и Шопен.

Как следствие, в моих концертных программах обязательно присутствуют произведения этих композиторов, которые так же близки и мне. Кстати, Грэм Скотт стал для меня не только педагогом, но и промоутером. Он договаривается о концертах, организовывает мастер-классы.
В некотором плане он даже поменял мои представления о профессии, за что я ему несказанно благодарна. Скотт учит играть в удовольствие и получать от выступления настоящий кайф, а не выходить на сцену, как на смертный бой. Иной подход к работе заметно сказывается на результате и общем впечатлении от игры.

Говорят, музыкантам, благодаря абсолютному слуху, легче изучать языки.
– Думаю, дело в индивидуальных особенностях человека и, конечно же, старательности. У меня есть подруга – музыкант, которая, прожив в Америке десять лет, по-прежнему говорит с жутким акцентом. И совершенно полярный пример – мой муж, специалист по информационным технологиям, свободно говорящий на восьми языках. Прошлым летом, приехав в Башкирию погостить, Лёша – белорус по национальности – очень заинтересовался башкирским языком, купил несколько учебников, словарей и за две недели научился не только понимать, но и немного разговаривать. Хотя масса людей, живя здесь с рождения, не может похвастаться и парой-тройкой башкирских словосочетаний.
Я помимо английского и татарского говорю на французском, итальянском, польском и белорусском. Выучила их по-разному. Белорусский, естественно, в школе. Польский к нему очень близок, поэтому давался без труда. Итальянский специально изучала на курсах, мне он давно нравился своей музыкальностью. А на французском заговорила по необходимости. Как-то французы брали у меня частные уроки, а переводчица неожиданно заболела, поэтому пришлось постигать его экстренно, методом погружения.

Ваши близкие имеют какое-то отношение к музыке?
– Мой картатай Абдулхак Хаирзаманович Хайруллин прекрасно поёт татарские и башкирские народные песни. Мама закончила Учалинское музыкальное училище по классу фортепиано и работала педагогом. С системой образования был связан и прадед, основавший школу в деревне Ахмерово Ишимбайского района. Так что моя тяга к музыке и образованию, можно сказать, передалась по наследству.

Майя, о чём вы мечтаете?
– Хочу, наконец-то, обрести собственный дом, уже надоело жить на чемоданах и бесконечно кочевать по гостиницам и чужим квартирам.

Крышу над головой предполагаете обрести в Англии?
– Нет, мне не нравится британский климат. Надоела вечная осень. Поначалу это веселило. Я звонила маме и взахлёб рассказывала: «Представляешь, на дворе – январь, а я по-прежнему хожу в осенней одежде!». Но потом наступал июль, а мой гардероб не менялся. Естественно, это начинало раздражать.
Помню, однажды в Лондоне выпал снег. Англичане это естественное для нас явление восприняли как национальную катастрофу. В городе перестал работать общественный транспорт, закрылись аэропорт и даже метро! (Майя заливисто хохочет).
В будущем году мы планируем с мужем перебраться в Польшу. Мой белорус Лёша – на четверть поляк. Конечно же, я мечтаю о новых интересных программах, перспективных гастролях, ну, а самая большая моя мечта – стать мамой. Я считаю это главным предназначением женщины. И убеждена, что материнство – вовсе не помеха творчеству, а, наоборот, огромный стимул.

Пусть все ваши мечты сбудутся! Будем ждать вас в Стерлитамаке с новыми концертами.

Автор: (27 Сен 2012). Рубрика: Главное, Культура, Лента новостей. Вы можете отслеживать комментарии через RSS 2.0. Вы можете пропустить до конца и оставить комментарий. Обратные ссылки отключены.




Ответить

*

Фотогалерея


Войти