Один день музейного работника

Сегодня мы проведём день вместе с заведующей экспозиционно-выставочным отделом городского историко-краеведческого музея Натальей Олеговной Насыровой.

ВИЗИТКА

Наталья Олеговна родилась в Казахстане, в нефтеносном городе Гурьеве (ныне город Атырау) в семье технических интеллигентов. Окончив школу с золотой медалью (комплекс отличника, признаётся Наталья Олеговна, в какой-то степени она так и не изжила), девушка уезжает в Москву. После окончания Московского государственного историко-архивного института по распределению приезжает в наш Стерлитамак, где живёт до сих пор.

9.00. ГЛАЗКАМИ СМОТРИ, РУЧКАМИ НЕ ТРОГАЙ!

– Когда я прихожу на работу, я не всегда точно знаю, какой у меня будет день. Иногда группы идут одна за другой на экскурсии, порой приезжают делегации гостей… Голова кругом. Иной раз день пролетает за написанием статьи об истории города или известных в истории Стерлитамака людях. Словом, музей, несмотря на свою кажущуюся архаичность и основательность, весьма непредсказуем. Сама история подбрасывает нам иногда удивительные примеры, когда незыблемое превращается в мистификацию, а миф становится историческим фактом.
Сегодня мы ждём группу ребят из санатория «Солнышко». Кстати, этот санаторий – постоянный друг городского музея. Педагоги лечебно-профилактического учреждения и их всякий раз новые подопечные – обязательные посетители городского храма истории.

Наконец, дети приехали. На сей раз Наталье Олеговне досталась группа неоднородная: все ребята приезжие, из соседних районов, разного возраста, ещё мало знакомые друг с другом.


Сначала краткий экскурс в историю здания, где располагается музей, затем начинаем обходить залы. Зал природы производит сильное впечатление на гостей: бивни и огромные кости мамонтов, череп шерстистого носорога (большая редкость для музеев), окаменелые древние моллюски, кусочек знаменитого метеорита, упавшего в окрестностях города в 1991 году, чучела животных… Дети достают свои телефоны и фотоаппараты и начинают лихорадочно снимать. Группа гудит: дети делятся впечатлениями, кто-то пытается украдкой погладить чучело волка, кто-то стучит костяшками пальцев по костям мамонта и приходит в восторг от живого контакта с древностью. Конечно, так вести себя в музее нельзя, о чём незамедлительно напоминает Наталья Олеговна. Работает золотое правило всех молодых мамочек: глазками смотри, ручками не трогай!

Идём дальше. На очереди – зал этнографии. Перед нами предстают национальные витрины, женская половина башкирской юрты. В зале истории Стерлитамака собран макет города, каким он был много лет назад. Детям интересно: нажимают кнопки – загораются лампочки у искомых зданий. В зале Великой Отечественной войны несколько витрин с подлинными документами, письмами, оружием, одеждой. Наталья Олеговна ведёт экскурсию в хорошем темпе, доступно излагая исторические факты и попутно побуждая детей ощутить связь времён с помощью прикосновений к пушке, к одежде. В финале экскурсии группа уже выглядит сплочённой.

У ПАМЯТИ ХОРОШИЙ ВКУС

В перерыве между экскурсиями Наталья Олеговна разбирает бумаги. Мы беседуем о её детстве.


В семье, где росли две девочки, было принято каждый год вывозить детей на море и в горы: так четырёхлетняя Наташа побывала в Старом Крыму у вдовы писателя Александра Грина Нины (прообраз той самой Ассоли), которая, увидев двух прелестных маленьких девочек, не удержалась и тут же усадила их себе на колени, а потом написала длинное-длинное пожелание в книжке.

– Я отлично помню её пронзительные голубые глаза. Помню, что меня тогда поразил контраст молодых и очень ярких глаз на морщинистом лице этой женщины. В тот день мы были у неё долго. Спустя год после нашего визита Нина Грин умерла.

В семье не было принято отдыхать, всё время лёжа на пляже, отец очень любил музеи и на всяком новом месте непременно сначала узнавал график работы ближайших хранителей времени. Музеи Кисловодска, Феодосии и Керчи были изучены ничуть не хуже, чем музеи Ленинграда, куда маленькая Наташа попала в семь лет. Так, с детства, сформировалась мечта стать гидом, а чуть позже – археологом…

– Я считаю, что детей необходимо сызмальства приучать к культуре: ходить в музеи, посещать галереи, театры, слушать хорошую музыку…

Тяжело ли вам было учиться в Москве?
– К своим 17 годам я уже неплохо знала Москву, мы часто туда приезжали. В первый год мне не удалось поступить на отделение искусств в МГУ, куда очень хотела, но я решила не сдаваться и попробовать себя в следующем году, но уже в историко-архивном вузе. Пошла работать маляром и параллельно готовилась к поступлению.

И как вам ваше малярство далось?
– Очень сложно. Работа маляра для меня оказалась самой тяжёлой работой, какую мне когда-либо приходилось выполнять. Помимо того, что это невероятно трудно физически, мне было очень нелегко морально: звучащая вокруг речь оскорбляла слух, взаимоотношения в коллективе меня, домашнюю девочку, повергали в шок. Сегодня я вспоминаю об этом с улыбкой и понимаю, что это был достаточно дружный и сплочённый коллектив, абсолютно нормальный, каких тысячи. Но тогда, в юности, я упорно занималась в библиотеках и на подготовительных курсах, чтобы осуществить свою мечту.

Какие у вас были преподаватели?
– Мои преподаватели – просто подарок судьбы. Многие, к сожалению, уже ушли из жизни, но есть и те, кто по-прежнему в строю, – ведёт телепередачи, читает лекции, продолжает формировать свою школу. Сигурд Оттович Шмидт – великолепный лектор, невероятно строгий и требовательный, но очень заботливый по отношению к своим студентам, которые были вхожи в его дом. Наталья Ивановна Басовская, каждая лекция которой по истории древнего мира превращалась в представление. Она вела кружок «КИДИС», на занятия которого приходили даже студенты из других московских вузов. В моё время это были гости из МГУ. Мы эмоционально, в лицах обсуждали судьбы известных исторических персонажей. Конечно, были всякие педагоги, но равнодушных не было. Однажды целая кафедра учёных бегала устраивать судьбу одарённого выпускника, которому предстояло вернуться на Камчатку, а наши профессора желали, чтобы он остался в институте и развивал науку. И добились своего: мальчик остался в Москве. Это были настоящие интеллигенты.

А что для вас «интеллигентный человек»? – спрашиваю я уже в обед, когда разбор бумаг плавно переходит в обеденный перерыв.
– Прежде всего, конечно, порядочный человек. Знающий, что такое «хорошо» и «плохо». Живущий не для себя одного, умеющий заботиться о других. Которому присущи внутренняя совестливость и скромность.

14.00. ТОСКА ПО ПОСЕТИТЕЛЮ

После обеда Наталья Олеговна и её коллеги собирают витрину в память о своём коллеге, настоящем подвижнике Николае Анатольевиче Фокееве.

– Ему в октябре исполнилось бы 55 лет, – рассказывает Наталья Олеговна. – Это был человек широко эрудированный, работал долгие годы в нашем музее, читал историю древнего мира в пединституте. Студенты его очень любили за неординарность лекций и доброту. Он не раз выезжал в составе археологической экспедиции Музея изобразительных искусств им.А.С.Пушкина в Крым на раскопки. И нам очень его не хватает.

Наталья Олеговна, а какие музеи произвели на вас самое сильное впечатление?
– Если говорить о каких-то тяжёлых эмоциях, то это музей Саласпилс под Ригой, где раньше был детский концентрационный лагерь. Также достаточно гнетущее впечатление произвёл на меня мемориальный комплекс «Катынь» в Смоленской области. Если же вспоминать что-то грандиозное по своему великолепию, то это будут замок Тракай, Павловск, Петергоф, другие дворцовые музеи Петербурга… В молодости я обожала приезжать в лермонтовскую усадьбу Тарханы. Этот усадебный уклад, дух русской усадьбы там ещё сохранились. Буквально два года назад я попала на «Ночь музеев» в Саратове. Радищевский музей просто очаровал. Когда вернулась, организовала нечто подобное и у нас. А мы как раз только открылись после капитального ремонта. И как пошёл посетитель! Оказывается, мы очень соскучились друг по другу.

ВНИМАНИЕ: ЧУЖОЙ!

Раздаётся телефонный звонок. Слышу обрывки разговора:
– Череп? Какой череп? Ну нет, динозавра вряд ли… Ну хорошо, везите. Адрес музея: ул.Карла Маркса, 100.
Наталья Олеговна с улыбкой поворачивается ко мне:
– Ну вот, череп «динозавра» нашли. Скоро увидим.

Посмотреть на череп «динозавра» собрались все работники. На мой невинный в археологическом смысле взгляд, череп больше походил на бараний. Директор музея Константин Викторович Роганов, фотографируя находку, прения по поводу того, чей же это череп, философски прекратил:
– Это Чужой.

На вопрос Натальи Олеговны, каковы планы у молодых людей по поводу черепа, мы услышали:
– Продать. И подороже.

В качестве бонуса новоиспечённым «археобизнесменам» показали кости мамонта и череп древнего носорога. Масштаб впечатлил. Бережно убрав череп неизвестного в пакетик, молодые люди уехали.

– На самом деле, посетители у нас разные. Очень много горожан и сельчан дарят музею вещи, оставшиеся от предков: предметы старины, мебель, вышивку, костюмы, старинные украшения. Этот дар бесценен. Мы даже делаем отдельные выставки подарков музею, – говорит Наталья Олеговна. – По-прежнему наши национальные витрины нуждаются в предметах быта и уклада русского, татарского, марийского, мордовского и других народов. Нам очень нужны палеонтологические экспонаты, минералы. Хорошо бы заполучить гигантских моллюсков, у нас, к сожалению, только их фотографии.

17.00. СТРУКТУРИРОВАННОЕ ВРЕМЯ

Не могу не спросить музейного работника об отношении ко времени.

– В музее время течёт по-другому. Мы все здесь в некой консервации, это место нашей внутренней эмиграции, что ли. Особенно это чувствовалось в 90-е годы прошлого века. Музей нас сберёг и сохранил. Жизнь за окном разная, но по большей части мне не нравится такая реальность: с её частым равнодушием и хамством, дурновкусием и пошлостью. Музей приучил меня бережно и очень аккуратно обращаться с прошлым. Потому как прошлое – это ведь не только исторические факты, это человеческие отношения. Нельзя каким-то необдуманными словами или поступками оскорблять память людей. Сегодня много говорят о том, что Ленина пора похоронить. Безусловно, это необходимо, но не сейчас. Пройдёт пара десятков лет, и это произойдёт естественным образом, без насилия над памятью советских людей.

Над чем вы сейчас работаете?


– Готовлюсь к научно-практической конференции в Оренбурге. Кроме того, необходимо завершить оформление витрины памяти Н.А.Фокеева. Нужно создать экспозицию из того, что хранится в запасниках музея и редко выставлялось. Это старинные книги, картины, иконы, предметы быта… У нас есть для этого особый выставочный зал. Хочется показать наши находки из археологических экспедиций – знаменитые сарматские кинжалы, щит, кольчугу, предметы караякуповской культуры из Левашовского погребения. Планов много. И нам нужен посетитель. Музей без посетителей умирает.

Автор: (3 Ноя 2012). Рубрика: Главное, Лента новостей, Общество. Вы можете отслеживать комментарии через RSS 2.0. Вы можете пропустить до конца и оставить комментарий. Обратные ссылки отключены.




Ответить

*

Фотогалерея


Войти