19 марта – День моряка-подводника

Борис Исламгалиевич Галиев – один из немногих граждан бывшего СССР, кому посчастливилось побывать в заморских странах ещё в эпоху расцвета социализма. Не один, конечно, он там бывал, а со всем экипажем подводной лодки. И неважно, что, будучи в территориальных водах десятков стран, ничего, кроме железа, вокруг себя не видел. Факт остаётся фактом: обошёл полсвета, когда над страной ещё висел «железный занавес».

О флоте он не мечтал. И вообще готовил себя к самой что ни на есть сухопутной службе: в школе ДОСААФ выучился на водителя. Призывная комиссия горвоенкомата определила: служить тебе, парень, в автороте. Но горвоенкомат предполагает, а башвоенкомат располагает: призывник Галиев оказался в числе здоровяков, отобранных для службы на флоте.

Жарким летом 1972-го они выгрузились в г.Северодвинске Архангельской области. Пройдя учебку, в октябре матрос-электрик боевой части-5 отправился в свой первый поход. У лодки названия не было. Это нормально: даже в Великую Отечественную подлодки обозначались лишь по типу («Щука», «Малютка», «Комсомолец»…) и номеру. Их лодка имела официальное название «Проект 671» (на снимке).

– Считается, что соль не имеет запаха, – рассказывает он. – А я после службы первое время мог даже по запаху определить, солёная пища или нет. Морская вода, она пахнет солью…

Служба на подводной лодке чем-то похожа на полёт в космос. То же замкнутое пространство внутри «консервной банки». Из развлечений – кино (никакого видео в то время не было). Трёхсменная вахта: четыре часа на дежурстве, через восемь часов снова заступать. День за днём, месяц за месяцем – одни и те же лица, один и тот же распорядок, жёсткая дисциплина. Только невесомости нет. Космонавты не устраивают посвящений, выпивая плафон морской воды, зато могут любоваться на землю и на звёздную бездну.

На лодке не то что дедовщина, а и конфликты – из ряда вон выходящие события. Здесь все равны. Потому как от слаженных действий и молодого, и старослужащего порой зависит жизнь всей команды. Вот где накоплен бесценный опыт психологической совместимости в ходе длительного пребывания в жёстком замкнутом пространстве.

В то плавание они «нырнули» на 68 суток. Задача лодки – быть «тенью» шестого флота США, который проводил учения в Средиземноморье. Бывало, по громкой связи командир объявит: «Вниманию экипажа! Наша лодка проходит западную оконечность Пиренейского полуострова. Проходим мимо берегов Испании. Температура за бортом… Температура воздуха…». И всё… Кроме командира судна никто за эти 68 суток не то что берега, а и воды-то не видел. Всплывали лишь на перископную глубину. Связь с внешним миром – по эхолоту. Да и та ведома лишь командиру лодки: вот проплыла американская субмарина, а это – авианосец… Командир знал поимённо командиров каждого американского судна…

«Вынырнули» уже на подходе к своим берегам. Тут поневоле научишься чувствовать аромат солёного морского воздуха.

По норме каждому матросу полагалось по 100 граммов сухого вина. Матросы, чтобы не мелочиться, разделили его «келейно». Питались по 10 человек на «бачке», и положенный на всех литр отдавали на двоих по очереди. Пить так пить. А положенную ежедневную норму шоколада и икры получали скопом в конце плавания. Прямо мешками несли на берег килограммы экзотических для советского времени продуктов. На лодке есть особо не хотелось. И без деликатесов стеснённая жизнь нагоняла лишние килограммы. Так что никаким вином, никакими разносолами было не разбавить, не подсластить суровые будни подводной службы.

Только не надо думать, что проблемы на лодке ограничиваются психологической совместимостью матросов. Подводная лодка – военный корабль, который и в мирное время может оказаться в условиях, максимально приближенных к боевым. Был случай, когда лодка соседней дивизии вернулась на базу с развороченной носовой частью. Говорили, что столкнулись с американской субмариной.

– А перед отправкой в плавание предупреждали родственников, что писем подолгу не будет?

– Не положено. К возвращению письма накапливались пачками. Мы их читали и перечитывали в доме отдыха (после плавания положено месяц приходить в норму).


Второй поход был уже на более современной лодке. Её крылатые ракеты-торпеды могли, незамеченные радарами, стремительно пронестись над водой, нырнуть у самого судна потенциального противника и торпедировать его. Это их американцы прозвали «убийцами авианосцев». Помимо вооружения здесь были тренажёры, комнаты реабилитации… Словом, более комфортные условия для проживания команды. Именно проживания. Ведь на подводной лодке живут. И месяцы плавания под водой с непривычки могут показаться вечностью.

– А это правда, что из похода принято встречать лодку жареным поросёнком? – спросил я у Галиева в конце беседы.
– Может, где-то и принято, но у нас такого не было, – ответил мой собеседник. – Никаких поросят, оркестров. Всё буднично. Обычная работа подводников.

 

Автор: (19 Мар 2013). Рубрика: Главное, Лента новостей, Общество. Вы можете отслеживать комментарии через RSS 2.0. Вы можете пропустить до конца и оставить комментарий. Обратные ссылки отключены.




Ответить

*

Фотогалерея


Войти