26 апреля – День участников ликвидации последствий радиационных аварий и катастроф

Отслужив в своё время срочную в Ленинградском военном округе, Раис Рашитович Хабибулин и не предполагал, что его ждёт новый призыв.
Когда пошли первые сообщения о взрыве на Чернобыльской АЭС, он не придал им особого значения. Казалось, несчастье где-то далеко… Однако спустя год повестку о скорых военных сборах воспринял как должное. События развивались стремительно. Час времени ушёл на медицинскую комиссию. Потом прозвучал приказ – поставить в известность родных и взять с собой еду на три дня. Вскоре получили увесистые наборы летнего и зимнего обмундирования и даже противогазы.

 

НОЧЬ И ТЫ ДОЗИМЕТРИСТ

Их часть разместилась в селе Ораном Иванковского района Киевской области. Что умели делать в обычной жизни, делали и в чернобыльской зоне. Водители сели за баранки. Многие занимались дезактивацией. Дозиметристов в этом призыве оказалось немного. Тогда стали выяснять, кто в принципе умеет работать с приборами. Так, вчерашнему электрику Хабибулину предложили за ночь освоить дозиметр, что он и сделал, став старшим химиком-дозиметристом. Работал вместе с персоналом станции. Хотя над печально знаменитым четвёртым энергоблоком ЧАЭС уже возвышался саркофаг, радиационный фон местами был сильно завышен. Прибор, рассчитанный максимум на 200 рентген, порой просто зашкаливало. Так было, когда Хабибулин вёл химическую разведку наверху станции, возле труб энергоблоков. Да и внизу, случалось, стрелка дозиметра резко шла вперёд. Раис Рашитович в таких случаях уже знал – где-то поблизости лежит кусочек графитового стержня, отброшенный взрывной волной с четвёртого энергоблока.

Радиация, по воспоминаниям Хабибулина, стала ощущаться сразу по прибытии в чернобыльскую зону. Только поняли это не сразу. Поначалу казалось, что першение в горле, навалившийся кашель и металлический привкус во рту – всего лишь простуда. Ведь дело было в середине марта, и в окрестностях ещё лежал снег (что для Украины в это время – большая редкость). Но кашель не проходил… Лечились, чем могли (в основном обычными таблетками от кашля). А вот байки об алкоголе как средстве борьбы с радиацией Хабибулин опровергает – ни спирт, ни водку ликвидаторам не выдавали, да и информации об их чудодейственных свойствах не было.

О ГЕНЕРАЛЕ И МАЛЬЧИШКАХ

Чернобыльская зона образца 1987 года изобиловала звёздами на погонах – от лейтенантских до генеральских. То есть желающих покомандовать хватало. Поэтому рядовые военные ликвидаторы старались затеряться среди гражданских. При сильном желании это удавалось. Раис Рашитович вспоминает, что, работая на дозиметрическом контроле, он предпочитал одеваться в гражданский белый балахон.
Очень запомнился ему увешанный орденами генерал, рвавшийся на станцию без каких-либо защитных средств. Все его награды и сам бравый офицер набрали бы запредельные дозы радиации, но Хабибулин не пропустил. Говорит, помог именно гражданский балахон: будь он в военной форме, разговор наверняка оказался бы короче, и генерал, скорее всего, прорвался бы за своей дозой…
То есть людей старались беречь. И чужих, и своих. Раис Рашитович говорит, что с ними были ребята – совсем мальчишки, не успевшие ещё создать семьи. Таких старались не брать в заражённую зону и по возможности назначали в более щадящие наряды. По кухне, например. Сам Хабибулин за время этих военных сборов выезжал непосредственно на Чернобыльскую АЭС 43 раза. Как положено, после каждого выезда со станции ликвидаторы несколько раз тщательно смывали с себя радиацию, меняли обмундирование. Однако всю не смоешь, она проникает внутрь. Хабибулин к концу сборов набрал 20 рентген (максимально допустимую на тот момент дозу. Кстати, чуть позже её уменьшили до 15 рентген).


Спустя два года после чернобыльской Раис Рашитович стал свидетелем последствий ещё одной катастрофы, на этот раз природной. После чудовищного землетрясения в Спитаке Армении помогала вся страна. Хабибулин тоже помогал – делал электропроводку в наспех сколоченных временных жилищах. Сравнивая две катастрофы, он говорит, что в Армении было гораздо страшнее – столь сильными оказались разрушения, но особенно потрясли его человеческие жертвы. Что до чернобыльской радиации – она страшна, но её же не видно…

ФОТОКАРТОЧКИ НА ПАМЯТЬ

Сейчас Раис Рашитович на пенсии. Но пока было желание, неплохо зарабатывал настройкой электрооборудования турецких хлебопекарен. Тогда тоже поездить пришлось – работа находилась по всей стране. Сейчас занимается тем, к чему душа лежит, – фотографией. Купил современное оборудование. Но это не бизнес. Он просто дарит фотографии на память. За что чернобыльцы ему очень благодарны. Ведь многих из них радиация лишила здоровья, сделала инвалидами. Говорят, пытались Хабибулина поощрить, выделив немного денег из членских взносов. Так он отказался…
Тысячи таких обыкновенных, способных на тихий подвиг людей спасали страну от радиационных катастроф, тысячи участвовали в испытаниях ядерного оружия. Многих уже нет в живых. Низкий им всем поклон…

 

Кабинет гирудотерапии (лечение пиявкой), терапии, рефлексотерапии. Приём ведёт Филимонова Любовь Анатольевна, врач высшей кв.кат. Каб. №426, поликлиники ГБУЗ КБ №1, ул. Коммунистическая,91. Тел. 8-905-308-09-65, 22-29-54. (пн., ср., пт., с 17 до 19 часов). Доп. информ. www.girudamed.ru УТОЧНИТЕ ПРОТИВОПОКАЗАНИЯ. Лиц. ЛО-02-01-003497 МЗ РБ. Реклама. 210104
Автор: (26 Апр 2013). Рубрика: Главное, Лента новостей, Общество. Вы можете отслеживать комментарии через RSS 2.0. Вы можете пропустить до конца и оставить комментарий. Обратные ссылки отключены.




Ответить

*

Фотогалерея


Войти