Учительство как судьба. Для школьного историка К.И.Курышевой время продолжается в её выпускниках

Битвы Александра Невского, полководческий гений Суворова, ратный подвиг нашего народа в годы Великой Отечественной… Для нас это страницы из учебника истории. Для Клавдии Ивановны Курышевой в этих страницах – вся жизнь: тридцать три года она преподавала историю в 3-й школе. Тридцать лет назад вышла на пенсию. Её выпускники дружат с ней по сей день – недавно одна из её учениц пришла в редакцию с просьбой – поздравить Клавдию Ивановну с 85-летием и рассказать о ней через газету. Какой должна быть учительница, чтобы спустя десятилетия люди сверяли свои поступки с её советами? Чтобы это понять, достаточно просто послушать Клавдию Ивановну.

 

«ЧТОБЫ МЫ МЕНЬШЕ ЧУВСТВОВАЛИ ВОЙНУ»

Третья школа стала для моей собеседницы родной, когда она перешла в пятый класс. Оказалось, это родство – навсегда.
– Я пришла сюда учиться в 41 году. Вам интересно, как работала школа в годы войны? Так вот: здание деревянное, печное отопление, дрова заготавливали учителя летом. А учителя молодые, у всех дети – с кем они их оставляли?.. Директор Владимир Тимофеевич Звездин в эти тяжёлые годы умел с ребятами так работать, чтобы мы меньше чувствовали войну. На школьные вечера доставал радиолу, маскарады для нас устраивал: в мальчишку переоденешься, маску из картона смастеришь – вот и маскарад. Самодеятельность была поставлена: молодой учитель по фамилии Лютер вёл большой хор, потом его работу продолжил Ришат Шакирович Каримов, пришедший с фронта. После войны ведь тоже мало хорошего было, но у нас в школе действовала волейбольная команда, мы на гимнастику ходили… В 47-м я школу закончила. В городе один институт был – учительский, и нас очень много туда поступило – полкласса наших там обучалось. Работала сначала по распределению в селе Архангельском, по возвращении – в педучилище, заочно Башпединститут закончила. И вот нашлось для меня 10 часов в третьей школе. Очень страшно было в свою школу идти. Меня коллектив настороженно встретил, потому что последний год я училась средненько: мне всё хотелось успеть – и на хор, и на гимнастику. Завуч побывала на моих первых уроках и, помню, объявила в учительской: «Какие великолепные уроки даёт наша выпускница!». Мне кажется, учителя вздохнули с облегчением…

«Я ДЕЛАЛА ТО, ЧТО СЧИТАЛА ВАЖНЫМ»

Кажется, понимаю, почему с Клавдией Ивановной так легко говорить: ей будто совсем не в чем упрекнуть свою судьбу, словно эта самая судьба – уже повод для благодарности.


– Школу нашу в то время возглавлял Николай Павлович Семёнов, – охотно вспоминает учительница. – Работать было и легко, и трудно: легко потому, что директор умнейший, а трудно оттого, что с таким директором нельзя плохо работать. Все новые педагогические методы он претворял в жизнь, коллектив подобрался дружный и работоспособный, школа была на хорошем счету. Из всех районов города ребята, увлечённые физикой и математикой, к нам шли – девятые классы наполовину состояли из новичков. Работать меня поставили в старшие классы, классное руководство я там же вела – семь выпусков у меня было. Когда в 75-м я взяла на себя роль организатора внешкольной и школьной воспитательной работы, наступило самое счастливое моё время: я могла делать то, что считала важным. Горвоенкомат поручил нам разыскать ветеранов, ушедших на фронт из Стерлитамака, иначе говоря, создать историю 391-го стрелкового полка, который был сформирован из жителей нашего города и ближайших городов. Так появился наш клуб «Красная гвоздика». Многих бойцов разыскать было невозможно, много их осталось там, на полях войны, но несколько десятков мы разыскали. Мы со старшеклассниками проехали по местам боёв этого полка, до Великих Лук и до прибалтийского города Себеж. Какие же это заболоченные места! И в этих болотах воевали наши солдаты…

Вместе со своими воспитанниками учительница открывала мемориал погибших выпускников родной школы, на День Победы устраивали шествия к Вечному огню вместе с ветеранами 391-го полка и даже зажигали Вечный огонь во дворе школы:
– Трудовик делал звезду, к ней подводили газ, зажигали факел от Вечного огня и спортсмены несли его через весь город. Я видела, как это значимо было для ребят – и шествия, и торжественные сборы около мемориала (первое время живы были матери погибших солдат, потом приходили сёстры). Считаю своей гордостью военно-патриотическое воспитание в школе. Именно школа многое может сделать, чтобы воспитать людей с хорошей гражданской позицией – я на это упор делала и как историк. Скажем, учителю математики такую работу вести не с руки, своих хлопот много, а мне – в самый раз. Об Александре Невском любила ребятам рассказывать, о Суворове, Кутузове. Великую Отечественную войну любила излагать. В старших классах – индустриализация, коллективизация, культурная революция. На обществоведении втолковывала, что материя первична, сознание вторично… Со всем ли была согласна? Э-э, милая моя!..
Клавдия Ивановна замолкает, а потом поясняет терпеливо и твёрдо:
– Это был мой уклад жизни.
Она глядит в оконную даль и, опрокидывая самые неподъёмные мысли о том, что люди – только заложники безжалостных событий, проговаривает как будто с удивлением:
– И всё прошло. Время катится…

«ТЫ НАС УВАЖАЕШЬ ИЛИ ТОЛЬКО КОМАНДУЕШЬ?»

В начале разговора, надо признаться, я робела так, как если бы Клавдия Ивановна собиралась экзаменовать меня на предмет причин и итогов Северной войны или хронологии Бородинского сражения. Но сильнее, чем стыд за плохо выученные когда-то уроки, желание уловить неуловимое: как стать авторитетом для детей и остаться им для них, повзрослевших?
– Учителю сегодня работать гораздо труднее. Заполнение бумаг много времени съедает – и от руки, и на компьютере. А детьми когда заниматься? На историю Великой Отечественной войны 3-4 часа оставили, это что такое? Да ещё всю историю перекроили. А тогда, тридцать с лишним лет назад, я свою работу любила. Дисциплина была хорошая. Видимо, складывается у школьников мнение – у кого можно дисциплину нарушить, у кого нельзя. Да и как иначе? Они же видят – пришёл учитель к ним по обязанности или по желанию. И сразу пытаются про себя определить: «Ты нас уважаешь или только командуешь?». Мы с учительницей начальных классов организовали хор. Какие у нас хоры были – до девяноста человек! Первые места по городу занимали. Позову ребят в хор – идут. Доверяли, что ли? Обязательно в начале года, как только набирался мой новый класс, я ребят вела в лес: в походе о характере человека много узнаёшь…
– А что делать, чтобы хороших учителей было больше? Может быть, тестирование в вузе проводить на профпригодность?
– Ага. Спрашивать: хочешь быть учителем или не хочешь, или удерёшь в газетчики, – смеётся, глядя на меня, Клавдия Ивановна.
Как только моей героине исполнилось 55, она и школа расстались. И вот почему.
– В 80 году меня вдруг назначили директором, и этот период не был для меня радужным. Он оторвал меня от ребят. Крыша, туалеты, для ремонта всё добыть надо. Первое же лето – ремонт. Извёстку, краску добыли, а как ремонтировать? Чьими силами? Собираю коллектив, прошу: попробуйте с родителями учеников договориться. Знаете, все меня поддержали – это дало уверенность, что хотя бы что-то я смогу на новом месте сработать. Четыре года этой хозяйственной работы, мною нелюбимой, отнимали у меня столько времени и сил, что, как только возраст позволил, ушла на пенсию. У меня двое детей, пятеро внуков, живу своим домом. С внуками, конечно, много занималась: все книжки прочитаны со мной, таблицу умножения учили тоже со мной, в шахматы играть я их научила…

ПРО «ТУБАРЕТКУ» И ЕГЭ

Клавдия Ивановна избегает категоричных оценок. Даже когда разговор заходит о том, что не может не волновать её как учителя:

– Сейчас очень засорена речь, – вынуждена признать она. – Помню, когда я приехала работать в село, нам на первом же педсовете в начале учебного года установку давали: речь учителя должна быть грамотной. И ученики говорили правильно: когда одно замечание получишь, другое – уже не скажешь «тубаретка» и не употребишь «тюль» в женском роде. А что сейчас с образованием в стране творится! Никому это не исправить, пока сверху не придёт умное решение. Что я думаю о ЕГЭ? Считаю, что тесты вместо традиционного экзамена – это гибель общего развития: люди и так почти разучились друг с другом говорить, полноценно общаться, а как можно по литературе или истории тестами обойтись, когда тут требуется рассказ?
Разговор о времени возникает снова и снова. И дело не в борьбе «вчера» и «сегодня», не в расстановке плюсов и минусов. Просто, наверное, не зря говорят: справедливость без милости ущербна.
– Мне удивительно, – сокрушается моя героиня, – как это теперь только отрицательно отзываются о советском времени? Помню, летом мы семьями жили у реки, в палатках. С друзьями встречались часто, и не попойки это были, а общие разговоры. Много ездили – побывали в Москве, Ленинграде, Киеве, Севастополе, под Сочи отдыхали. Это сейчас у людей разнобой в возможностях: кто-то удачливее, а кому-то завидно. Мы умели дружить. Время, нам казалось, было лёгкое, чистое…
Для кого-то оно изменилось, а для Клавдии Ивановны продолжается – в выпускниках:
– Я многих сразу и не узнаю: девочки все были с косичками, теперь они солидные дамы. А меня узнают, видимо. Недавно на улице подошла женщина: «Клавдия Ивановна, я у вас училась. Работаю в такой-то больнице, вот моя визитка, если какие-то проблемы со здоровьем, приходите, будем лечиться». В 3-й школе одни мои выпускницы работали, другие сейчас работают: Ирина Сергеевна Крючкова, Людмила Владимировна Фокина, Альфия Зарифовна Салихова. Есть у меня среди выпускников и друзья постоянные, мои помощники: Халит Бикмухаметов – директор ВНЗМ в Уфе. Влюблён был в школу, душевный, скромный. Ольга Семагина (Попова), хирург в ожоговом отделении ГКБ № 1, с большой теплотой ко мне относится. Талгат Бикмухаметов, тоже врач, Фарит Хаев, он уже на пенсии. Роза Богданова звонит, справляется о здоровье, очень внимательная. Рабис Ремеев, Валерий Подопригоров – я к ним ко всем в любое время могу обратиться. Учитель Евгений Григорьевич Аверин тоже откликается на любой мой тревожный звонок. А позавчера из Нарьян-Мара была весточка: Надя Рудакова, выпускница 1965 года, точно не знала, когда у меня день рождения, заранее позвонила поздравить. Это для нас, учителей, самое приятное – когда звонят, когда приходят. Значит, во-первых, помнят, во-вторых, чувствуют, что мы с ними на равных: они труженики, каждый на своём месте нужен…
Выхожу во двор. Шумно, ветрено, суетно. Взъерошенное солнце ещё не садится, весело галдят дети, и весна звенит – то ли последним морозцем, то ли ключами от времени.

Автор: (10 Апр 2014). Рубрика: Лента новостей, Лучшие статьи, Образование, Общество. Вы можете отслеживать комментарии через RSS 2.0. Вы можете пропустить до конца и оставить комментарий. Обратные ссылки отключены.




Ответить

*

Фотогалерея


Войти