28 мая – День пограничника. О дорогах военного журналиста М.Е.Андреева

Полковник в отставке Михаил Егорович Андреев – единственный в городе и республике пограничник, который имеет право называть себя ещё и военным моряком, и чекистом, и военным журналистом. А начинал со срочной службы, когда его, выпускника 19-й школы Стерлитамака, призвали на флот. Два года из трёх служил на пограничном сторожевом корабле, на третий (дело было в 1965-м) военкор газеты «Флаг Родины» Черноморского флота по направлению войсковой части поехал поступать на факультет журналистики Львовского высшего военно-политического училища.

 

– Отношение к русским там было безобразное, – в свете нынешних событий заметил мой собеседник. – Среди курсантов, между нами и белорусами с одной стороны и украинцами с другой, постоянно возникали конфликты. «Мы вас кормим, мы вас содержим», – то и дело слышалось в наш адрес. Кладбище, где покоились наши бойцы, погибшие от рук бандеровцев, постоянно осквернялось… Местное население делало вид, что по-русски не понимает… Так что меня не удивляет то, что сегодня творится на Украине.
Активного спортсмена, чемпиона военного округа, призёра сухопутных войск по лёгкой атлетике уговаривали остаться в спортивной команде училища. «Я не для того учился», – сказал себе новоиспечённый военный журналист и в 1969-м поехал в другой конец страны, на Дальний Восток, корреспондентом окружной газеты «Дальневосточный пограничник». Попал, что называется, с корабля на бал. В то время отношения с Китаем у нас были крайне напряжёнными. На острове Даманском дошло до боевых действий с применением артиллерии, танков, систем залпового огня «Град». На других участках границы тоже было неспокойно.
– Конфликты возникали постоянно, – рассказывает Михаил Егорович. – На Амуре есть острова Култук и Гольдинский. Их китайцы хотели «приватизировать» по примеру Даманского. Постоянно возникали перестрелки. Правда, обходилось без жертв.  Доводилось мне бывать и там. Как и всякому журналисту, мне хотелось всё увидеть собственными глазами. Бывало, по молодости лез в пекло. Генералы потом выговаривали мне: «Тебя убьют, а с меня погоны снимут!».

Были и курьёзные случаи. Как-то раз ему, молодому лейтенанту, присланному на заставу писать репортаж, предложили роль условного нарушителя границы. Дали возможность оторваться на приличное расстояние и пустили по следу лучшего в пограничном отряде инструктора собак. Одного не учли пограничники: условный нарушитель был спортсменом-легкоатлетом. Он быстренько пробежал километров десять по пересечённой местности и окольным путём возвратился на заставу. Час проходит, два проходит, а сержанта с собакой нет. Тут уж начальник заставы всполошился. Подняли тревожную группу, километра через четыре нашли. У обоих – язык на плечо. А молодой лейтенант написал такой репортаж, после которого были внесены изменения в подготовку инструкторов и вожатых службы собак.
Среди множества наград отставного полковника моё внимание привлекла медаль «За отличие в охране государственной границы СССР», которая в армии приравнивается к медали «За боевые заслуги».
– В 1973-м, под Новый год, мы поехали за ёлками, – смеётся мой собеседник. – Смотрю, кто-то идёт, на наших не похож. Глаза узкие, по всему видно – китаец. Останавливаю машину: «Кто такой?». Не понимает. «Садись», – говорю. В общем, оказался с той стороны. За задержание нарушителя границы и высокие показатели в работе мне и вручили эту медаль.
Куда бы ни забрасывала М.Е.Андреева офицерская судьба, всюду он попадал в «горячие точки». В конце 1978 года, за год до начала войны в Афганистане, его отправили в Ашхабад ответственным редактором газеты «Дзержинец» Среднеазиатского пограничного округа. Ему тогда было 33 года, и он оказался самым молодым в редакции. Когда его кандидатуру утверждали на военном совете, задали один-единственный вопрос: «Как вы относитесь к своему назначению?». И тут он вместо того, чтобы встать и отчеканить: «Сделаю всё, чтобы оправдать высокое доверие!», ответил: «Положительно».
Повисла напряжённая пауза. Товарищи с большими звёздами на погонах переглянулись, крякнули и сказали: «Ну что ж, раз положительно, есть предложение утвердить».
– Руководить газетой в погранвойсках – вообще дело сложное, – рассказывает Михаил Егорович. – А в Ашхабаде было вдвойне сложней. База очень слабая, творчеством заниматься времени почти не было, наседали бытовые проблемы: старое оборудование то и дело выходило из строя. Туркменистан был «горячей точкой». В прямом и переносном смыслах. В прямом, потому что 40 градусов в тени летом – норма. В переносном, потому что постоянно возникали конфликты на границе.


Во время войны в Афганистане военному журналисту М.Е.Андрееву неоднократно доводилось участвовать в боевых операциях. Случалось, терял боевых товарищей. Одного из его друзей опознали лишь по ботинкам. От него, как и от экипажа вертолёта, остались лишь обугленные головешки.
А как относилось к пограничникам население в Туркменистане? С басмачами не довелось воевать?
– Какие басмачи! Отношение к русским там, по сравнению с Западной Украиной, – небо и земля. Приезжаешь в аул – тут тебе и чай готов, и плов. Чуть ли не на руках носили. С Сапармуратом Ниязовым (будущим Туркменбаши) мылся в бане. Он тогда был первым секретарём Ашхабадского горкома партии.
Развал СССР Михаила Егоровича застал уже в Алма-Ате, в должности главного редактора газеты «Часовой Родины» пограничных войск независимого Казахстана. Как и все наши офицеры, он оказался за границей не по своей воле. Первым делом отпустил по домам всех своих подчинённых из Белоруссии, Украины, других бывших республик СССР, вдруг ставших «иностранцами». А его самого некем было заменить. Сказали: пока не найдёшь себе замену, никуда не уедешь. Никакие доводы о том, что он присягу Казахстану не давал, не принимались в расчёт.
Помог его величество случай. Крупный чиновник выдавал замуж дочь. К свадьбе ему понадобилось напечатать приглашения и поздравления. В то время частных типографий не было, и он попросил помочь М.Е.Андреева. За рюмочкой коньячку благодарный чиновник, как полагается, поинтересовался: «Есть проблемы?».
«Проблема одна, – ответил он. – Домой не отпускают».
Через полчаса к Михаилу Егоровичу на полусогнутых прибежал полковник-кадровик с личным делом: забирайте, можете ехать, куда хотите.


На родине, в Северо-Кавказском особом пограничном округе, оказалось ещё жарче. Шли 90-е годы. Только за один 1995 год там, на административной(!) границе с Чечнёй, погибло более 50 наших военнослужащих.
Начальнику пресс-службы – пресс-секретарю командующего округом (именно так называлась его должность) приходилось не только сопровождать столичных и иностранных журналистов по местам боевых действий (там работали коллеги чуть ли не со всей Европы и Америки), но и выезжать на куда более опасные боевые задания. В январе 1995 года им предстояло найти и привезти тела троих погибших военных. Искали по схронам боевиков. В станице Асиновской попали под обстрел, а у начальника пресс-службы не было даже бронежилета…
– Куда, под пули! – надрывался генерал. – В БТР быстро! Без тебя управимся!
И всё-таки задание они выполнили. Тела ребят нашли и доставили в часть. Как потом выяснилось, два молодых офицера и контрактник, не зная обстановки, поехали в магазин и нарвались на боевиков. Только на одном из изуродованных трупов потом насчитали 124 колото-резаные раны.
Парадный китель полковника в отставке Михаила Егоровича Андреева украшают орден «За службу Родине в Вооружённых силах СССР» и десятка два медалей. Пограничник, участник множества военных конфликтов, он 33 года писал репортажи из «горячих точек». Был одним из тех, о ком говорят: «К штыку приравнял перо».

В чем заключается мужское счастье?

Показать результаты

Загрузка ... Загрузка ...
Автор: (28 мая 2014). Рубрика: Главное, История, Лента новостей, Общество. Вы можете отслеживать комментарии через RSS 2.0. Вы можете пропустить до конца и оставить комментарий. Обратные ссылки отключены.




Ответить

*

Фотогалерея


Войти