О чем шепчет судьба: 3 декабря – Международный день людей с ограниченными возможностями

«Лучше пусть без ног полководец виктории одерживает, чем без головы дурень конфузии терпит, в полном здравии проживая», – сказано больше трёхсот лет назад Петром Первым о том, как важно уважать и поддерживать людей, получивших непоправимые увечья. Сегодня люди с ограничениями здоровья тоже одерживают «виктории» – маленькие и большие победы над обстоятельствами, судьбой и самими собой.

ВИТАЛИЙ

Ему 36, седьмой год он в инвалидном кресле:
– Последствия ДТП, – глухим голосом вспоминает он, – выехали вот в это же примерно время, по первому снегу, на лысой резине… В машине пять человек было, я – пассажир на заднем сиденье. Все отделались царапинами, только я пострадал. Ну как тут в судьбу не поверишь?.. Мне ещё повезло: у меня поясничный отдел сломан, а есть шейники, у них руки плохо работают. Правда, полы мне мыть тяжело, но пропылесосить, посуду вымыть – это я делаю, больше-то пользы от меня никакой…

Что я понял о людях, когда стал инвалидом? Что друзей у меня только двое – Евгений и Сергей, соседи мои. Когда-то мы сплавлялись по Белой, по Зилиму каждое лето. Кто один раз на сплаве побывал – это на всю жизнь. А на коляске сплавляться неудобно. Этим летом мне Серёга говорит: «Поехали». Очень он меня сильно выручил, одно слово – друг: две недели мы по Белой сплавлялись. На будущий год хотим на месяц туда уйти. Ещё я в последнее время фидером увлёкся, летом на карася с отцом ездим: он на поплавок рыбачит, я на фидер. Наморозим рыбы – до следующего сезона хватает…

Для чего мне испытание такое в жизни выпало? Я думал об этом, но так ни к чему и не пришёл. Подкатывает, конечно, иногда: близких жалко. Мама со мной три месяца в больнице жила, ютилась на кушетке… Мне очень хочется встать, – Виталий с досадой взглядывает на свою коляску, – чтобы не зависеть от этого драндулета. Делать что-нибудь, людям помогать – работа всегда найдётся. Врач говорит: «Всё зависит от тебя, как заниматься будешь». Надежда есть, в общем…

Про болезнь всё ясно: надо бороться. А вот людское безразличие обескураживает:
– Я в этом году оформлял инвалидность бессрочную, и мне посоветовали обратиться в филиал Уфимского протезно-ортопедического предприятия (это по ул.Артёма, 71). Приехал, а мне там говорят, что если бы в первый год после травмы обратился, они бы изготовили для меня специальную обувь, туторы, и я теперь пусть не ходить, но стоять бы точно уже мог. Но ведь я все эти годы наблюдался у врачей – почему же никто из медиков раньше не подсказал?

Виталий даже не жалуется – просто недоумевает. И с горькой усмешкой рассказывает, как решил однажды, как любой нормальный человек, отправиться в кино:

– От моего дома до «Арбата» полкилометра всего. Но я так на своей коляске по этим бордюрам напрыгался – никакого кино не надо.

– Я бы хотел, чтобы к инвалидам было побольше простого человеческого внимания, – тепло и спокойно говорит отец Виталия Зарубина, Андрей Анатольевич. Высокий, крепкий, он на вид больше годится Виталию в братья, чем в отцы. – Мы, общество, думаем о здоровых, а ведь мы разные, среди нас много инвалидов, и никто, к сожалению, от несчастья не застрахован. Вот, скажем, к нашей «Арене» удобный въезд для колясочников есть, а как им, колясочникам, выбраться из дома, чтобы хлеба себе купить? Надо решать проблему 100-метровой дистанции – чтобы человек мог хотя бы сто метров от своей квартиры преодолеть самостоятельно и свободно. Спасибо, мэр помог нам с пандусом: без специально оборудованного спуска колясочнику, чтобы на улицу выбраться, три человека надо в помощники. Хочется, чтобы все могли передвигаться, а не сидеть взаперти (в хрущёвках пандусы – сами понимаете, больной вопрос). Хочется, чтобы на общество «Преодоление» спонсоры внимание обратили. Чтобы люди общались, чтобы у всех инвалидов были такие друзья, как у моего сына. Туризм, походы, воздух загородный – вот она, настоящая жизнь!.. Когда с Виталием несчастье случилось, мы нырнули в эту беду, потом вынырнули – выживать-то надо… А ведь почти в каждой семье есть серьёзные проблемы, только мы всё бежим куда-то, не видим ничего…

Я смотрю на Виталия, молодого широкоплечего мужчину с доброй и как будто чуть виноватой улыбкой, и думаю: если бы он, воспитанный таким сильным отцом, попытался создать собственную семью, это могло бы стать для него лучшим средством реабилитации. Но он упрямо повторяет: «Лишь бы не быть обузой»…

ЗУЛЬФИЯ

– Я вот обузой себя не считаю, – спокойно говорит она и, манипулируя джойстиком, проезжает на кухню. Электрическая коляска жужжит тише, чем игрушечная машинка с пультом управления. 47-летняя Зульфия управляется со своим средством передвижения левой рукой: правой у неё нет. Жизнь с нелепой методичностью лишала эту женщину многого: в пять лет из-за неудачной операции у Зульфии Накиевой отказали ноги. Руку отняли в 2004 году, после тяжёлой болезни. Но самой ощутимой потерей, признаётся Зульфия, стал уход родителей.

– Я, пока родители живы были, беды не знала, – вспоминает она со светлой улыбкой. – Тех инвалидов, у кого родители есть, мы самыми счастливыми считаем… Обижаюсь ли я на судьбу? Да нет, у каждого она от рождения написана. У меня вот такая, что ж теперь. Амина Самигулловна (Евдокимова, председатель городского общества инвалидов-колясочников «Преодоление» – авт.) вывозит нас на природу. Когда спортивные соревнования колясочников бывают, я всегда участвую: в прошлом году первое место заняла. А, может, вы в газету вот эту фотографию возьмёте?..

Портрет формата А3, на котором она в вечернем платье, с причёской и цветами – самое красивое, что у неё есть.


– Это я в Уфе, на конкурсе красоты для инвалидов. Не победила, конечно, – смущённо улыбается Зульфия. Она вообще очень заразительно улыбается – зажмуривается, на щеках появляются детские ямочки.

А ещё у неё очень красивая кухня, а на тёплой лоджии – целая оранжерея. Особенно привольно здесь герани.
– Я цветы люблю. Вчера купила две фиалки в ведёрках из-под майонеза, надо пересадить. Ко мне знакомый обещал зайти, тоже инвалид, попрошу его горшочки купить… О чём я мечтаю? Очень хочу в санаторий поехать. Три года назад я была в Ессентуках, – рассказывает она, – но путёвка оказалась общего профиля, условий для инвалидов там не было. А в Крыму есть специализированный санаторий, для спинальников… Знаете, я к инвалидам хочу обратиться, которые отчаялись. Есть люди, которым ещё труднее, чем нам. Отчаиваться нельзя, надо жить, стремиться…

Одно «но»: стремиться навстречу людям и жизни зачастую оказывается не на чем: коляски, которые инвалидам выделяют каждые пять лет, ломаются гораздо раньше.

– Я за последние десять лет уже три сменила. Когда коляска начинает из строя выходить, на неё аккумуляторов не напасёшься. А мы их сами покупаем, вот этот я из Москвы выписала за 9 тысяч. Поскольку у меня руки нет, мне только электрическая коляска подходит. Что я без неё? Вся моя жизнь – на коляске…

У колясочников такие же, как у здоровых людей, окна в мир: настоящие – застеклённые, а ещё телевизор и компьютер. Что до компьютера, у Зульфии это никакое не окно, а, скорее, крохотная форточка: планшетик на моей ладони умещается. Мы сидим на просторной кухне, думаем, как поделикатнее рассказать в социальных сетях, что Зульфие нужна материальная поддержка.

Аккаунты ей создала молодая соседка, теперь моя героиня может общаться в Сети:
– У меня в друзьях – такие же, как я, инвалиды, здоровых нет. Я, честно говоря, не очень люблю переписываться и sms-ки писать, живое общение лучше. Спасибо, друг у меня есть, он мне помогает, братишка и сестра всё время навещают, социальный работник, Любовь Андреевна Егорова, уже пятнадцать лет ко мне ходит, она тоже как сестра мне. Помню, когда мы с родителями на прежней квартире жили, у нас соседи были хорошие, мы дружили. А сюда переехала – соседи на улице здороваются, а чтобы зайти, посидеть, чаю попить – такого нет. Наверное, здоровым не хочется с такими, как мы, общаться…
– Может, они просто не умеют, не знают, как?
– Или не знают, как нам тяжело, или не знают, как помочь, – соглашается Зульфия.

В подъезде, сбоку от лестницы, есть крутая горка из бетона – самодельный пандус.
– Я уже два раза с него падала, – признаётся женщина. – Мне бы настоящий, с перилами, может, даже лучше было бы индивидуальный выезд сделать – через балкон, я же на первом этаже живу, и дом у нас не на красную линию смотрит…

ДЕНИС И МАКСИМ

О братьях Никишовых мы писали осенью в рубрике «Адреса беды». Через несколько дней мальчишкам исполнится годик. Праздник не очень радостный: малыши всегда торопят время и хотят побыстрее вырасти, но в случае с Никишовыми время – против них: детей способна поставить на ноги войта-терапия, которую можно профессионально провести в Чехии, и чем быстрее, тем лучше, а необходимая для лечения сумма ещё не собрана.

– Конечно, нам сейчас нужнее всего материальная поддержка, – говорит Инна, мама мальчиков (её страничка ВКонтакте – https://vk.com/id112005432). – Мы лечим детей с рождения, курс за курсом, и ни одну процедуру нам бесплатно никто не сделал. Когда администратор сайта «Мамы Стерлитамака» Алина Салаватова организовала сбор средств (спасибо ей огромное!), люди стали перечислять деньги. Каждый раз, когда на мобильник приходило сообщение об очередной сумме, поступившей на счёт, к горлу ком подкатывал, слёзы на глаза наворачивались… Такая радость была в душе оттого, что люди откликнулись на нашу беду! Ведь помогали нам и знакомые, и незнакомые. И каждый раз вспыхивала надежда, что всё ещё можно исправить, что мои малыши будут здоровы и смогут бегать, играть, как и другие детки…

Побеждать Инне приходится не только недуг детей, но и бездушие системы:
– Что касается докторов, их единицы – тех, кто хотя бы выслушал нас, – сокрушается Никишова. – Очень доброжелательно к нам отнеслись в бюро МСЭ, что по ул.Курчатова. А вот в поликлинике по месту жительства для оформления инвалидности нас без вариантов направили на госпитализацию в Уфу, в психоневрологический диспансер. Я пыталась объяснить врачам, что не могу одна лечь в стационар с двумя малышами, а если с нами в этой формальной процедуре будет неделями участвовать мой муж, нам просто нечего будет есть: он наш единственный кормилец… Мне вернули документы и попросили освободить кабинет. К счастью, нашлись добрые люди, и я смогла получить необходимые подписи.

У Инны с мужем есть старшая дочь, сыновей они ждали 13 лет. Максим похож на маму, Денис – вылитый папа. С отцом у мальчишек особые отношения: его возвращение с работы – самые счастливые моменты в их жизни.

– Они родились недоношенными, один весил 1700, другой 1500 граммов, и с первой минуты стали бороться за жизнь: их увезли в Уфу, в реанимацию, через пять дней они научились дышать самостоятельно, – волнуясь, вспоминает Инна. – Мы каждый день считали набранные граммы, радовались этим успехам крохотным. Через 20 дней мы все вместе были дома… Я не устаю благодарить Бога за то, что он послал нам наших карапузиков, наше двойное чудо. Я верю, что с Божьей и людской помощью нам удастся победить болезнь. Верю в своих детей, люблю их безмерно.

…Если бы по какому-то волшебству каждый десятый житель нашего города отдал Никишовым десять (!) рублей, достаточная для лечения детей сумма вмиг была бы собрана. Может, судьба пытается на языке испытаний что-то сказать вовсе не героям этой публикации, а нам с вами?

Кабинет гирудотерапии (лечение пиявкой), терапии, рефлексотерапии. Приём ведёт Филимонова Любовь Анатольевна, врач высшей кв.кат. Каб. №426, поликлиники ГБУЗ КБ №1, ул. Коммунистическая,91. Тел. 8-905-308-09-65, 22-29-54. (пн., ср., пт., с 17 до 19 часов). Доп. информ. www.girudamed.ru УТОЧНИТЕ ПРОТИВОПОКАЗАНИЯ. Лиц. ЛО-02-01-003497 МЗ РБ. Реклама. 210104
Автор: (3 Дек 2014). Рубрика: Главное, Лента новостей, Общество. Вы можете отслеживать комментарии через RSS 2.0. Вы можете пропустить до конца и оставить комментарий. Обратные ссылки отключены.




Ответить

*

Фотогалерея


Войти