Обманутые ожидания? Корреспондент СР побывал на ярмарке вакансий для инвалидов

– Мама, пойдём домой! – девушка нервничает, взмахивает руками, тянет мать к выходу.
– Погоди, – женщина упрямо всматривается в таблички на столах работодателей, цепляется взглядом за стенд с напечатанным мелким шрифтом перечнем вакансий. Обе, мать и дочь, худенькие, обе одеты в чёрное. Кажется, что и возраст у них один на двоих, и отчаянье тоже. На ярмарке учебных и рабочих мест для инвалидов концентрация обиды, несбывающихся ожиданий и безысходности явно превышена.

«А ЗАЧЕМ ТЫ ВЫБРАЛА ТАКУЮ ПРОФЕССИЮ?»

Уговариваю женщину и девушку посоветоваться со знающими людьми: посетителей сегодняшней ярмарки вакансий готовы выслушать специалисты городского центра занятости населения и представители одного из бюро МСЭ. Пока стоим в очереди на консультацию, женщина с горечью рассказывает о том, как её дочь нашла своё место в жизни:
– У неё третья группа, взяли швеёй на фабрику – подушки шить, мешки. Работа сдельная. Зарплата – тысяча рублей.
– Но такой зарплаты не бывает…
– Всё бывает, оказывается. А как два раза на больничный сходила, получила аванс 500 рублей и расчёт 300. Ну и как жить? Год промучилась, не хочет больше. Не могу же я убить её за то, что она не любит эту работу!

Подходит наша очередь.
– …Я не пойму, за что ей третью группу дали: она дома «лентяйку» держать не может, говорит плохо, тугоухость у неё, – жалуется женщина реабилитологу бюро МСЭ.
– Не может или не умеет? – уточняет реабилитолог. – Разница большая. Группу инвалидности можно опротестовать: обратитесь в свою поликлинику, вам дадут направление в МСЭ. Профессию получила? Сейчас много точек, где требуется швея. На базаре, например…
– Не хочет она шить, понимаете?
– «Не хочу», «не могу», – разводит руками реабилитолог, – значит, мама жалеет. Отпустите дочь, дайте ей свободу действий.
– Так я дала: устроила её в «Фабри» посудомойщицей. Она тарелку одну разбила – её оттуда выгнали…
– Тебе, – обращается реабилитолог к бывшей швее, – нравится шить?
– Нет-нет, – отчаянно мотает головой девушка.
– А зачем ты выбрала такую профессию?..

Мы не стали напоминать работнику бюро МСЭ, что у детей-инвалидов, мягко говоря, не очень богатый выбор специальностей и учебных заведений. Просто перешли к столу специалистов центра занятости – узнать, может ли девушка рассчитывать на профессиональную переподготовку. Но специалист даёт рекомендации лишь после того, как ознакомится с индивидуальной программой реабилитации (ИПР) инвалида, а этот документ мать с дочерью с собой не взяли…

«ПОСМОТРИТЕ НА МЕНЯ: НУ КАКОЙ Я КИОСКЁР?»

Вообще, карта ИПР, которую разрабатывает бюро МСЭ, – документ-загадка. Задуманный как механизм социальной реабилитации и адресной поддержки инвалида, он представляет собой череду граф и одиноких цифр. В цифры легко переводится любая человеческая судьба без исключения, при этом непосвящённый (в том числе и сам владелец карты) ни за что не определит из этой шифровки, чем инвалид болен и кем он может работать. Специалисты центра занятости бьются над тем, чтобы за кодом разглядеть реальные возможности человека и попытаться найти для него работу, но зачастую оказываются в тупике: либо документ эти возможности преувеличивает, либо инвалид свои силы преуменьшает.

– Инвалиды не очень заинтересованы в своём трудоустройстве, – признаётся реабилитолог, та самая, что консультировала девушку-швею с матерью. – Мы буквально вчера обзванивали тех, кто сидит дома без работы, приглашали на сегодняшнюю ярмарку, многие отвечали: «А зачем мне это нужно?».

У кого мотивация к работе ниже – у инвалидов или у руководителей предприятий, которые, несмотря на установленную государством квоту (2 процента от численности работников), не торопятся брать людей с ограничениями здоровья? Об этом можно спорить, только спор будет бессмысленный. Бессмысленным считают и свой визит на приём к специалисту центра занятости люди в коридоре. На ярмарке они ничего нового не увидели, настроение у всех мрачное, лица серые. Виталию на вид около сорока, весь его облик – от вязаной шапки и куртки-ватника до грубых ботинок – выдаёт в нём добросовестного работягу. Обман зрения. О работе Виталий, кажется, уже и не мечтает:

– Я водитель-автослесарь, но у меня прерывание стажа было большое: с 1995 года – серьёзное заболевание. Я вот что понял: единственный способ устроиться на нормальную работу – своё заболевание скрыть. Если принимают инвалида, зная о его проблемах, найдут тысячу причин, чтобы ему отказать, а если всё-таки примут, то при первой возможности уволят по сокращению… Мотивация у нас низкая? За пособием мы сюда приходим, да? У меня разрушение коленных суставов, мне передвигаться тяжело, а я буду пороги обивать ради 900 рублей? Вот смотрите: предложили мне пойти охранником. А на самом деле за 6 тысяч рублей надо совмещать две профессии – охранника и дворника. Что бы я хотел? Курьером, потому что я машину водить могу, но такой вакансии нет. А то, что объявления предлагают, – книги, учебники каждый день по 32 точкам развезти и умудриться всё это продать, нереально. В киоске предлагали сидеть. Посмотрите на меня, ну какой я киоскёр? Кладовщиком бы пошёл, но это учиться надо… Мне бы консультантом в магазин запчастей или сантехники, я это хорошо знаю, смог бы, но такого никто не предлагает.

У Люции тридцать лет стажа, она бывший педагог, из школы ушла, устроилась на завод. Когда начались проблемы со здоровьем, её перевели на лёгкий труд. Но предприятие закрылось, а зарплату, которую оно задолжало своим работникам, бывшие заводчане так и не получили. С тех пор, за пять лет, Люции удалось поработать лишь дважды – по месяцу. Это время она вспоминает с благодарностью, но таких сказочных условий труда больше нигде найти не может.

– У нас есть такие вакансии, например, ЦВР «Надежда» принимает вахтёров. Но это спецпрограмма на деньги спонсоров, поэтому срок работы ограничен – всего месяц. Хорошо, что хотя бы это есть: инвалид получает возможность почувствовать себя востребованным, пообщаться со здоровыми людьми, – объясняет Татьяна Бурлуцкая, специалист центра занятости. – Беда в том, что инвалиды хотят лёгких условий, а работодатель не может им этого дать. Но у нас много предприятий, где отношение к инвалидам очень внимательное, люди устраиваются туда без проблем: «Башспирт», «Почта России», «Низковольтэлектро» – всех не перечислишь…

Кстати, Виталию Бурлуцкая вручила бумажку с номером телефона хозяина магазина запчастей. Три дня спустя я побеспокоила Виталия звонком: очень хотелось поверить в счастливый ход вещей. Мужчина с работодателем ещё не созванивался: заболел.

МЕДОГОНКА И ВКУС К ЖИЗНИ

Ярмарка прошла стремительно: уже через час поток посетителей схлынул, и представители предприятий-работодателей разошлись. Требовались почтальоны, инженеры-программисты, продавцы, автоэлектрики, кровельщики, слесари-ремонтники… 25 предприятий предоставили более 150 вакансий. Станут они для инвалидов заветным местом работы или окажутся пустышкой – это, уверяют специалисты, не игра случая. Очень многое от самого человека зависит.

– За руль я больше не сяду, считаю, у инфарктников сразу надо права отбирать: мало ли что, зачем чужими жизнями рисковать, – говорит Сергей, бывший водитель. Ему 54 года. – Хочу попробовать устроиться на птицефабрику, машины ремонтировать. Если не получится, не расстроюсь: у меня дома целое производство. Я и здесь творческую работу искал. Медогонку недавно собрал: друг из Америки приехал, фото привёз, мы с ним по этой фотографии и смастерили агрегат – работает. Косилки делал – тридцать штук по Башкирии ходят…

На памяти специалиста Татьяны Бурлуцкой есть уникальный случай:
– Девушка-инвалид долгое время была прикована к постели. Не сдалась – добилась операции. Поднялась, ходила в корсете, на костылях; пришла к нам учиться на оператора ЭВМ. В последний раз она была в моём кабинете уже без костылей, красивая, с макияжем. Я сказала, что, если ей понадобится наша помощь, мы сделаем для неё всё возможное. Сейчас она ищет работу. Сама.

О тех, кто в поиске

Сегодня на учёте по безработице находятся 97 горожан с ограниченными возможностями здоровья. Трудоустроены за неполный год 136 человек (но в это оптимистичное число входят и те, что работали всего месяц).
18 инвалидов прошли переобучение и, возможно, найдут себя в профессии электрика, бухгалтера, техника ПК (список освоенных инвалидами специальностей довольно внушителен, а главное, эти специальности востребованы).
Специально для 14 человек с ограничениями здоровья по заявке работодателей при поддержке центра занятости в этом году созданы рабочие места. Посчастливилось, к примеру, менеджеру, опытному сварщику, нынешняя же тенденция такова: работодатели искали высококвалифицированных специалистов с высшим образованием. Впрочем, год на год не приходится, и какими будут следующие заявки, не знает никто.

Кабинет гирудотерапии (лечение пиявкой), терапии, рефлексотерапии. Приём ведёт Филимонова Любовь Анатольевна, врач высшей кв.кат. Каб. №426, поликлиники ГБУЗ КБ №1, ул. Коммунистическая,91. Тел. 8-905-308-09-65, 22-29-54. (пн., ср., пт., с 17 до 19 часов). Доп. информ. www.girudamed.ru УТОЧНИТЕ ПРОТИВОПОКАЗАНИЯ. Лиц. ЛО-02-01-003497 МЗ РБ. Реклама. 210104
Автор: (9 Дек 2014). Рубрика: Главное, Лента новостей, Общество. Вы можете отслеживать комментарии через RSS 2.0. Вы можете пропустить до конца и оставить комментарий. Обратные ссылки отключены.




Ответить

*

Фотогалерея


Войти