Из Одессы под бомбежкой. Эвакуированный станкозавод стал могучей поддержкой фронту

По решению Государственного комитета обороны и совета по эвакуации в первые же недели Великой Отечественной в Стерлитамак прибыли Одесский станкостроительный завод, оборудование Бакинского завода «Красный пролетарий», завода наркомата боеприпасов, Славянского и Донецкого содовых заводов, Ново-Подольского, Брянского, Волховского цементных заводов, Конгрессовского сахарного завода. 29 сентября 1941 года прибыли два цеха, обувная фабрика и учебная часть (техникум) Московского кожевенно-обувного комбината. С началом войны в Стерлитамак был переведён крупнейший трест «Башнефтеразведка».

Распоряжение об эвакуации Одесского станкостроительного завода в Стерлитамак было получено 3 июля 1941 года, и сразу же был составлен детальный план вывоза людей, оборудования, технической документации; созданы специальные мобильные бригады. Мешали ограниченность подъездных путей, крайне узкий фронт погрузки, недостаток перевозочных средств, лесоматериалов для упаковки станков, частые воздушные налёты. Но одесские станкостроители с 6 по 25 июля успели отправить пять эшелонов с заводским имуществом и людьми. В первом же эшелоне вместе с конструкторской документацией отправили чертежи и документы отдела подготовки производства. Как показали последующие события, это позволило без промедления организовать на новом месте выпуск продукции.

Первый эшелон прибыл к месту назначения – в Стерлитамак – через неделю. Второй – через три. Причём в пути подвергся бомбёжке, три человека были убиты, один тяжело ранен. Последующие эшелоны шли по три-четыре недели, а последний – шестой, вышедший в конце июля с металлом и крановыми конструкциями, – вынужден был вернуться обратно: последняя железнодорожная ветка оказалась перерезана. На автомашинах удалось прорваться директору, главному инженеру, главному бухгалтеру, начальнику финансовой части и начальнику транспортного цеха. Они везли драгоценные металлы и алмазы, особо важные документы и 460 тысяч рублей, полученных из госбанка для нужд предприятия.

Последние вагоны прибыли в Стерлитамак 24 августа 1941 года. Разгрузка оборудования шла, что называется, с колёс. Экстренно начали строить заводские корпуса – под них была отведена площадка, предназначенная для завода по ремонту нефтяного оборудования. Для литейного цеха передали производственные мощности артели промкооперации «Металлист»; для модельного цеха передали помещение мебельной фабрики Башлеспромхоза. Станкозавод получил недостроенное здание заводоуправления, котельную, наполовину готовое здание производственного корпуса, конечно, без крыши.

Приехавшие одесситы в большинстве своём временно переквалифицировались в строителей. Им помогали рабочие, привезённые из Москвы. Большую помощь оказали тогда комсомольцы железнодорожного узла станции Стерлитамак во главе с Н.Лутошкиным. Естественно, стерлитамаковцы – комсомольцы, молодёжь – активно участвовали в работах по разгрузке оборудования, и строили, и в ученики к кадровым рабочим пошли.

Пуск завода правительство назначило на 8 сентября. Однако в срок уложиться не получилось. Работу сдерживало отсутствие техники для транспортировки оборудования – на волокушах из железных листов много не увезёшь. Тогда решили провести железнодорожную ветку. Рабочие, инженерно-технические работники стали заправскими путейцами – перевозили на тачках землю, забивали костыли, настилали шпалы. Каким восторгом светились их глаза, когда железнодорожная ветка вступила в строй!

– Я перед самой войной электриком-монтажником на строительстве завода по ремонту нефтяного оборудования трудился, – вспоминает Пётр Андреевич Кузнецов. – В августе 41-го наша строительная площадка представляла собой огромный склад оборудования, доставленного из Одессы. А у корпусов по существу ещё и стен не было. Станки ставили под открытым небом. Сооружали над станком толевую крышу на четырёх стоечках. За станком – пожилой рабочий-одессит и рядом – девчушка лет 15-ти: он учит её простейшим операциям… По осени-то такая девчонка к станку встанет, а эмульсия в баке замёрзла. О руках и говорить нечего – коченели. Но никогда никто не жаловался…

Одновременно с монтажом оборудования одесситы как-то умудрились выпустить 14 вертикально-сверлильных станков и вытачивали корпуса снарядов калибра 45 мм. Достроили главный корпус, построили кузнечный цех, за пять дней спроектировали и соорудили печь для плавки чугуна. В первых числах октября наркомат станкостроения СССР, обследовав состояние завода, признал его годным к эксплуатации. 11 октября 1941 года Стерлитамакский станкостроительный завод начал выпускать серийную продукцию, хотя многие пусконаладочные и строительные работы ещё продолжались. За октябрь завод изготовил 34 станка, в ноябре – 96. А в декабре перешёл в распоряжение наркомата танковой промышленности и стал производить детали танков.

Большие трудности испытывал тогда лабораторно-исследовательский отдел. Его усилия сосредоточились на изучении возможностей использования местных материалов на различных стадиях производственного процесса. Сотрудники подготовили рекомендации по применению мазутов для термических печей, ишимбайских литейных земель, по изготовлению прокладочных лаков… Заведующая химической лабораторией Т.Патлис вспоминала: «Достали хлопкового масла. Из него стали по ночам варить мыло, которое днём разваривали с содой и веретённым маслом – готовили заменитель эмульсола для всего завода. Олифы и сиккативы варили в подвале компрессорной. На этой олифе готовили клеевую шпатлёвку. На станции обнаружили нефтяной пек, из него и канифоли делали кабельную массу для электроцеха. Таким же способом приготовляли антикоррозийные лаки».

Завод оказался эвакуированным в город, где крупное промышленное производство практически отсутствовало. Это создавало особо острую проблему кадров. Горком партии и горисполком обратились к жителям Стерлитамака с призывом идти работать на завод. Население откликнулось – из различных мелких городских мастерских, учреждений, из близлежащих деревень, даже со школьной скамьи пошли люди. Вот только опыт имели лишь единицы. Большинство приходилось обучать на месте: за верстаком, у станка, у чертёжной доски. Из молодёжи организовал бригаду мастер Энзель Липецкий; его трудовую школу прошли известные потом мастера литейного производства А.Каширин, В.Фёдоров, Н.Суханов.

Для подготовки кадров было организовано ремесленное училище, начали работать школы по отдельным профессиям, школы повышения квалификации. Только в 1941 году были обучены 113 токарей, 55 слесарей, 32 фрезеровщика. (С 1 ноября 1944 года при заводе открылся вечерний станкостроительный техникум).

Оставаясь в 1942 году в наркомате танковой промышленности, станкозавод продолжал изготавливать детали танков и другого вооружения, но со второго квартала 42-го его возвратили в наркомат станкостроения. Его профиль отныне определялся производством вертикально-сверлильных серийных станков, алмазно-расточных, агрегатных и специально налаженных станков. Уже тогда творческий подвиг совершили заводские конструкторы, многократно увеличив количество разработанных проектов станков.

11 октября 1943 года Указом Президиума Верховного Совета СССР наш станкостроительный завод был удостоен высшей награды Родины – ордена Ленина; большая группа станкостроителей была награждена орденами и медалями: орденом Ленина – директор И.Эльцин; орденом Трудового Красного Знамени – главный инженер Я.Богаковский, слесари С.Лазович, А.Маников; орденом Красной Звезды – секретарь партбюро Г.Тонконогий; орденом «Знак Почёта» – начальники цехов И.Маршер, И.Нурнберг, М.Шендерович, главный инженер строительства Г.Малевич, конструктор М.Надель, литейщик Д.Поляков, формовщик И.Чеботарёв, начальник строительства М.Шевелев…

Автор: (18 Фев 2015). Рубрика: Главное, История, Лента новостей. Вы можете отслеживать комментарии через RSS 2.0. Вы можете пропустить до конца и оставить комментарий. Обратные ссылки отключены.




Ответить

*

Фотогалерея


Войти