“Война в потерях страшных виновата…”

…Григорий тащился по пыльной дороге в колонне пленных советских солдат. По бокам шли немцы с автоматами. Они были веселы и довольны. А пленные стыдливо прятали глаза, стараясь не смотреть друг на друга. Никто не мог понять и поверить, что это случилось с ними.

Потом, уже в лагере, сидя на земле под палящим солнцем, Григорий часто возвращался к этим мыслям. Почему так получилось, что они отступали, а потом оказались в окружении? Григорий служил срочную уже второй год. Командиры говорили, что воевать им придётся только на чужой территории, ведь Красная армия – самая сильная и непобедимая! Но вот теперь на их земле – фашисты, а сами они – в плену, за колючей проволокой, как скотина, ждущая своей очереди на убой.

Григорий обвёл взглядом лагерь. Немцы не очень утруждали себя, сооружая его. Просто обнесли «колючкой» кусок степи и поставили по углам вышки. Здесь, на самом солнцепёке, сидели и лежали тысячи бойцов. Вставать не разрешалось, сразу стреляли с вышек. Пить и есть не давали. Люди жевали траву, ели жуков, муравьёв, червей, личинки, которые находили в земле. А потом мучились животами и умирали…

Иногда к лагерю приходили местные жители, в основном женщины, приносили немного хлеба или картошки. Они выкрикивали имена своих мужей, отцов, сыновей, братьев, надеясь найти их среди голодных, угрюмых и грязных людей, походивших на ходячие мумии в солдатском тряпье. А когда никто не отзывался и в их голосах начинало звучать отчаяние, с земли поднимался кто-нибудь с тем же именем и осторожно двигался к ограде. Немцы не останавливали, наблюдая с ухмылкой, как люди жадно хватали еду и сразу запихивали её в рот. Некоторые, правда, сдерживались и несли еду товарищам. Делили между собой эти крохи, чтобы хоть как-то продержаться и не умереть с голоду. А умирали каждый день по несколько человек. Фашисты не торопились убирать трупы. Лишь раз в неделю они устраивали уборку. Отобрав несколько пленных в спецкоманду, приказывали им вывозить трупы к оврагу возле леса, в двух-трёх километрах от лагеря. Мёртвых просто сбрасывали в овраг и заваливали ветками.

Григорий был крепким деревенским парнем 20-ти лет от роду, и его часто брали на эту скорбную работу. В лесу они с товарищами собирали и прятали за пазуху щавель, крапиву и другие съедобные травы, чтобы подкормить оставшихся в лагере. Немцы не обращали на это внимание или делали вид, что не замечают, они вообще смотрели на пленных с брезгливым безразличием. Они – победители, а эти варвары, жующие траву, перестали походить не только на солдат, но и на людей. Обросшие, грязные, с голодными глазами, пленные были не опасны для них. Победа над Москвой уже близка. А победителям можно и благородство проявить – пусть жрут свою траву, всё равно скоро сдохнут!

Но Григорий умирать не собирался. Всё время думал о побеге. В один из уборочных дней у него созрел план, которым он поделился с другом Павлом. Все эти мучительные дни они держались вместе, помогая друг другу. Сталипродумывать детали. Постепенно пришли к выводу, что вдвоём им не справиться, нужно найти помощников. Приметили несколько человек, которые сами старались держаться и другим помогали, чем могли. Очень осторожно, под видом поиска еды, переползая от одного человека к другому, товарищи обсуждали предстоящий побег – затея была крайне опасной. Решили тянуть жребий – кому быть первым выпало Григорию. Но Павел не хотел оставаться без друга. Решили бежать вдвоём.

Наступило время очередной уборки. Григорий и Павел за день до этого не поднимались с земли, а к утру совсем перестали шевелиться. Товарищи погрузили их в телегу вместе с умершими, довезли до оврага и выбросили. Потом, как обычно, закидали ветками и ушли. До самой темноты лежали друзья рядом с трупами. Потом выбрались и с оглядкой побежали в глубь леса. Бежали долго, очень долго, боясь остановиться. Хотелось уйти от лагеря как можно дальше. Утром устроились на отдых под какой-то корягой, завалив себя валежником. Как стемнело, пошли опять. Пили из ручья, ели, что найдут. Так проплутали несколько дней, пока, уже совсем обессилев, не наткнулись на партизанских разведчиков. Это их спасло…

Целый год, до прихода наших войск, воевал в партизанском отряде Григорий Платонович Долгих – мой прадед. Потом – пехотные войска, наступление, окружение, снова плен… и страшное слово – Освенцим… Снова был побег, но не такой удачный: хватились в лагере пропавших, пустили в погоню овчарок… Отбился, выбрался, служил дальше… Прошёл всю войну, освобождал Польшу, демобилизовался в 1946 году.

А 9 Мая 2014 года, уже после смерти, Григорий Платонович вновь встал под знамя «Бессмертного полка» ветеранов Великой Отечественной войны. Мы, его правнуки, никогда не забудем о подвиге советских солдат и с уважением произносим имена своих прадедов.

К.ДОЛГИХ, ученик 9 класса школы N 21

Автор: (28 Апр 2015). Рубрика: 70 лет Победы, История, Конкурс. Вы можете отслеживать комментарии через RSS 2.0. Вы можете пропустить до конца и оставить комментарий. Обратные ссылки отключены.




Ответить

*

Фотогалерея


Войти