«Нравилось мне это дело…». Жительница Стерлитамака рассказывает о 32-летнем опыте работы.

Невысокая, аккуратная, с негромким голосом. Без каски и спецовки её можно принять за библиотекаря или медика. Меж тем профессия у женщины суровая, не терпящая поблажек: Рема Ивановна Дмитриева – электрогазосварщица 5 разряда. Правда, теперь уже в прошлом. Отработав 32 года в ремонтно-механической службе цементного производства, на днях она вышла на заслуженный отдых. О том, как сельская девчонка постигала премудрости сварки и резки и как не разочароваться в профессии за три десятилетия, ветеран труда Рема Ивановна рассказала нашей газете.

– Сама не знаю, отчего так получилось, – удивляется Дмитриева своему выбору. – Родилась я и выросла в деревне Тряпино Аургазинского района. Наверное, просто не представляла, кем быть. Вот моя сестра ещё в школе любила математику, поступила на физмат и стала учительницей.

А я окончила десятилетку и решила тоже податься в город. Приехала в Стерлитамак на аппаратчицу учиться – не взяли. Туда брали совершеннолетних, а мне тогда 17 лет исполнилось.

Вздохнула я и отправилась учиться на мастера по изготовлению обуви. Спустя три дня повели нас на экскурсию. А на кожзаводе запахи и виды такие, что я тут же поняла – не хочу здесь работать. Никогда. Неделю документы забирала.

Тем временем моя одноклассница Таня Короткова, с которой мы вместе собирались аппаратчицами стать, поступила в 42-е училище и меня позвала. Там на сварщиков училась группа из 22 парней и 11 девчонок. Но, вроде бы, никто из девушек по специальности так и не работал. Кроме меня.

Сначала Дмитриева отдала документы на предприятие в г.Салавате. Но скоро вернулась в Стерлитамак. В ноябре 1983 года Рема Ивановна устроилась в ремонтный цех «Соды». С тех пор менялись вывески и организационная структура предприятия. Не менялась проходная, неизменно пропускавшая женщину на завод и обратно.

– Понравилось мне это дело, – говорит Рема Ивановна о сварке. – Стыкуешь, стыкуешь детали, и раз – из нескольких элементов получается единая конструкция. Поначалу приходилось всему обучаться. Только пришла в цех, мне резак дали. А я тогда и варить-то как следует не умела. Зато интересно было разобраться в тонкостях: что да как. Потихоньку и с резаком сладила. А при сварке ювелирная точность нужна, чтобы шов в сторону не ушёл.

Могла, конечно, поменять специализацию. Была у меня подруга-крановщица. Усадила она меня как-то рядом с собой на мостовой кран, и мы поехали. Недалеко уехали, сломались. Высота, мне страшно. Нет, думаю, это не моё, на кран больше не сяду. А ремонтировать краны ничуть не страшно – залезала наверх и варила.
Что в нашей профессии наиболее сложное? Знаете, когда она нравится, ничего тяжёлого нет. Тебе поручают – ты делаешь. Хотя, конечно, трудности есть. Тот же газовый баллон зимой таскать с места на место тяжеловато. Летом с резаком неудобно – и так жарко, да к тому же дышать нечем. Работать везде непросто, особенно, если трудишься на совесть. Будто бы крановщикам или слесарям легко! К тому же, не надо самому искать неприятностей.

Будешь в исправном щитке варить, тогда и «зайчиков» (расстройство зрения – авт.) не поймаешь.
В 2009 году завод пережил реорганизацию. Дмитриеву перевели в филиал компании «ХайдельбергЦемент Рус», в цех цемремонта. Ничего, говорит, для неё не изменилось. Даже лучше стало – зарплату прибавили, обеспечили горячим питанием. В таких условиях на пенсию уходить расхотелось – за работу на вредном производстве Рема Ивановна могла покинуть компанию пять лет назад.

Слесари, токари, сварщики – коллектив цемремонта большой, около ста человек. Они ремонтируют технологическое оборудование по всему предприятию. Рема Ивановна – единственная женщина. Как утверждает наша героиня, мужчины ей всегда помогали, без них она бы не справилась.

– Как только я в цемремонт перешла, мои новые коллеги насторожились, – вспоминает Дмитриева. – Ждали, чего ж я тут натворю. Не дождались и привыкли. Потом механик их успокоил, сказав, что я варю и с резаком управляюсь не хуже мужиков. Но всему своё время, теперь пусть молодёжь мою смену принимает. Тем более в нашем цехе толковые ребята из политехнического колледжа появились. Мальчишки старательные. Не всё у них получается, но мастерство придёт, когда есть желание. Сколько у меня практикантов было! Через день понятно, кто ради галочки заглянул, а кто профессию хочет узнать.

На пенсию уходить не боюсь, других забот полно. К матери в деревню поеду, ей 85 лет исполнилось. Надо картошку убирать. Муж слесарем на ТЭЦ всю жизнь отработал, дочка с сыном давно самостоятельные. На месте сидеть не буду, это главное. Забор в деревне поставлю. Аппарат у меня имеется, пока силы есть, буду варить.

Людей, кстати, гораздо чаще моё имя удивляло, чем профессия. Я паспорт частенько с собой носила, чтоб доказать. Тогда в деревне люди неграмотные жили, вот и назвали. Вроде как старым людям моё имя легче выговаривать.

– Но и профессия для женщины у вас, Рема Ивановна, необычная!

– Что вы, – машет рукой Дмитриева. – Необычная – у Валентины Терешковой, она в космос летала. А я работала. Как все.

Автор: (7 Сен 2016). Рубрика: Крупным планом. Вы можете отслеживать комментарии через RSS 2.0. Вы можете пропустить до конца и оставить комментарий. Обратные ссылки отключены.




Ответить

*

Фотогалерея


Войти