Белые хризантемы

 Как прожить век и не разлюбить жизнь?

Возле одноэтажного домика растут вишни. Тянутся к осеннему солнцу. Хозяйка не собирает ягод, но летом любит посидеть на крыльце, под деревцами.

– Мои годы ушли, – говорит она задумчиво, ровно и покорно, обращаясь к гостям, но будто глядя внутрь своей души. – Спасибо вам, что не забываете.

Руководство Стерлитамакского троллейбусного управления и председатель первичной профсоюзной организации предприятия Б.И.Теплов поздравляют Устинию Васильевну Гнездилову со столетием, вручают букет и памятный подарок. Говорят простые и правдивые слова о том, что долгий век даётся людям, которые излучают добро.

Того, насколько роскошны белые хризантемы, именинница не разглядит: зрение совсем слабое. Слух тоже подводит, но, если прибавить звук, Устиния Васильевна с удовольствием слушает по телевизору «Играй, гармонь!» и «Поле чудес». Любит советские художественные фильмы, даже про войну. А вот говорить о войне не любит:

– Как мы голодали тогда! – она качает головой и будто не верит, что страшное закончилось.
По дому ей помогают сын с дочерью (они уже пенсионеры) и социальный работник. Устиния Васильевна много размышляет и вспоминает. Задумывается о том, о чём раньше не могла: некогда было.

– Вся жизнь – работа, – говорит она. – Я родилась в деревне Садовка Аургазинского района, нас у родителей было много: кроме меня ещё три брата и четыре сестры. Мы курей держали, и мама всё время отправляла меня смотреть за цыплятами, чтобы коршун не утащил. А в 32 году мы переехали в город. В 12 лет я с братом и сестрой пошла на работу: на железной дороге выгружали песок, помогали укладывать шпалы. Тяжело было.

– С начала войны до 1948 года мама работала кочегаром на Ленинском заводе, – рассказывает старший сын Николай Алексеевич. – Она – труженик тыла, ей вручили орден «За трудовую доблесть» и Сталинскую грамоту. Потом работала машинистом на элеваторе, а последние годы перед пенсией – в троллейбусном управлении. Мать нас, четверых детей, одна поднимала. Сколько её помню, она никогда не отчаивалась. Жили сначала в земляночке в Левашовке, потом купили сруб, дом построили. В Краснознаменском посёлке, где мы в 1953 году обосновались, у нас было хозяйство: корова, поросята, домашняя птица.

Мы с малых лет старались матери помогать. Но до сих пор не понимаю: как она всё успевала? А какие пироги пекла – с калиной, с черёмухой!.. Она нас выучила: я – слесарь- монтажник, сестра Люба институт закончила и занимала административную должность, Марина – швея, младший, Александр, работал механизатором – к сожалению, он уже умер. У нашей матери – три взрослые внучки и внук, три правнучки и три правнука, все приезжают в гости, навещают…

Именинница старше, чем советская эпоха: рождённая до Октябрьской революции, пережившая расцвет и развал Союза, эта женщина теперь – россиянка. Впрочем, когда проживёшь век, понимаешь: существует что-то гораздо важнее и грандиознее, чем смена режимов:

– Бог есть. Я всегда это знала. Зачем он человеку целый век жизни даёт? Бог и здоровье даёт, и печаль даёт. Да ведь жить – это главное! Люди, бывает, в пятьдесят лет умирают, в тридцать – это не жизнь, это очень мало. Спасибо сыну и дочери, которые за мной ухаживают, спасибо Богу за мои года. Всё тяжёлое ушло, теперь жить хорошо. Что меня радует? Проснулась, жива – что ещё нужно?

– А зачем человеку даётся печаль?

– Таков уж человек – переживает, расстраивается, сердце не выдерживает, человек болеет. Я считаю, горе на земле одно: когда дети умирают.

– Как дожить до ста лет?

– Это от нас не зависит, это уж кому как дано.

– Устиния Васильевна, чего вам хочется в ваш юбилей?

– Хочу ещё пожить. Хоть немножко.

 

Екатерина ЯКОВЛЕВА

Автор: (3 Окт 2016). Рубрика: Крупным планом, Общество. Вы можете отслеживать комментарии через RSS 2.0. Вы можете пропустить до конца и оставить комментарий. Обратные ссылки отключены.




Ответить

*

Фотогалерея


Войти