Эпоха Арсланова

Наверное, эту статью должен был написать не я, а кто-то из ветеранов – коллег Гадия Мухамадиевича. Один год (от силы столько я проработал при нём) – не срок для мемуарных опусов. Но помимо того, что я – один из последних журналистов «Стерлитамакского рабочего», заставших Г.М.Арсланова на посту редактора, есть ещё одна причина, побудившая меня взяться за перо: я обязан ему своей журналистской судьбой.

arslanov

Всё началось октябрьским днём 1989 года, когда в моём доме раздался телефонный звонок. «Ты вот что, – услышал я в трубке доверительный тембр Гадия Мухамадиевича, – зайди-ка завтра ко мне».

Послышались гудки. Решив, что речь об очередном моём материале, готовившемся к публикации, я на следующий день заглянул в редакцию.

Гадий Мухамадиевич окинул меня испытывающим взглядом, затем протянул ручку и бумагу: «Пиши!». И я под диктовку написал заявление о приёме на работу. «Завтра выходишь. Смотри не опаздывай!» – сказал он на прощанье.

Обычно к моменту возникновения вакансии у редактора на примете имеется какой-нибудь автор «с улицы», с пером которого он уже знаком. Я до этого публиковался, но сомнения всё же одолевали: какой из меня журналист! Педагог, причём даже не гуманитарий. Учитель физики и математики специализированной школы, в которой учебная программа на несколько лет отстаёт от программы общеобразовательных школ… Но звёзды сложились так, что незадолго до этого по разным причинам редакцию покинули несколько журналистов (одни уехали по семейным обстоятельствам, другие ушли в декрет), и в штате неожиданно образовались сразу несколько вакансий.

Звёзды звёздами, но уже когда не стало Гадия Мухамадиевича, в его книге «Дерево жизни» я с удивлением прочёл весьма лестные строки о своём отце. Оказывается, в предвоенные годы он работал на родине Гадия Мухамадиевича учителем в Иткуловской школе и был кумиром учеников. Возможно, именно это обстоятельство и послужило последним камушком в корзинку его – скажем прямо – неординарного решения.

Детище Гадия Мухамадиевича и директора типографии Дмитрия Михайловича Панкова – роскошное здание Дома печати – и поныне поражает своими площадями. Фотолаборатория занимала тогда 72 квадратных метра! Условиям работы наших журналистов завидовали все, включая уфимских коллег. И вот сижу я один в огромном отдельном кабинете за полированным столом с телефоном, настольной лампой, проводной радиоточкой (только телевизора не хватает) и чувствую, что влип. Ни малейшего понятия о специфике новой работы. Легко сказать: «Не боги горшки обжигают»! «Стерлитамакский рабочий» в то время был печатным органом городского комитета партии… В общем, прикидываю, сколько дней я смогу здесь продержаться, пока меня с позором не турнут. И тут заходит Гадий Мухамадиевич:

– Вот что, подготовь-ка несколько информаций.

Если бы ещё знать, что такое информация! А спросить неудобно. Гадий Мухамадиевич будто мысли мои прочитал: начал подробно, рассудительно разъяснять, что такое информация и как её готовить. Как только за ним закрылась дверь, я кинулся к телефонному справочнику и стал обзванивать учреждения и организации в поисках новостей. Так стартовала моя журналистская карьера.

У Арсланова было одно уникальное для руководителя качество: никто не припомнит, чтобы он на кого-то повысил голос. Было в нём что-то от премьер-министра Е.Примакова. Спокойный, рассудительный, мудрый, с умным проницательным взглядом, немногословный и при этом очень коммуникабельный, без каких-либо признаков апломба, он обладал феноменальной выдержкой. В его редакторской биографии имел место неприятный эпизод, когда часть коллектива выступила с открытым письмом в газете, обвинив его в том, что он «как кандидат в депутаты злоупотреблял газетной площадью». Я не вправе давать оценку этому, тем более, что многие из подписантов потом нашли в себе мужество публично признать, что погорячились с письмом. А вспомнил этот эпизод потому, что стал невольным свидетелем, когда Гадий Мухамадиевич, ознакомившись с текстом письма, подписал его в печать. Без скандалов и даже без разговора на повышенных тонах. Этот поступок удивил тогда многих. Но чего это ему стоило, знали только близкие и родные.

В любой работе случаются огрехи. Но ошибки журналиста – достояние широкой общественности. Это та цена, которую приходится платить за публичность нашей профессии. Гадий Мухамадиевич никогда не сдавал своих журналистов, не подставлял их. И это качество унаследовали многие его преемники.

Его феноменальную выдержку и стойкость в отстаивании позиции газеты и журналистов, в частности, хорошо знало и вышестоящее начальство. К середине восьмидесятых Стерлитамак напоминал гигантскую газовую камеру. Чуть ли не каждый день (чаще ночью) случались залповые выбросы в атмосферу с предприятий, которые в погоне за планом откровенно травили горожан. Зеленоватый туман из хлора для стерлитамакцев был суровой реальностью. Но самыми страшными были выбросы газа с чесночным запахом, от которого кружилась голова, тошнило, люди падали в обмороки. Тогда для многих было счастьем переехать в Ишимбай или Мелеуз.

Именно в этот период – в 1986 году – редактор «Стерлитамакского рабочего» Гадий Арсланов удостаивается премии Союза журналистов СССР за публикации газеты в защиту экологии города. «Многие ли низовые газеты могут похвастаться, что с ними считаются союзные министерства и ведомства? А вот «Стерлитамакскому рабочему» они отвечают регулярно и большей частью не отписками, – читаем в октябрьском номере всесоюзного журнала «Журналист» за 1988 год. – Было бы наивно полагать, что резко критикуемые руководители прямо без ума от Арсланова. Нервов ему потрепали предостаточно… Но Арсланов не отступил ни на йоту».

За те почти четверть века, что он руководил газетой, она стала такой, какой её помнят и поныне. А имя его редактора – человека принципиального, с активной гражданской позицией, лауреата премии Союза журналис-
тов СССР, Заслуженного работника культуры БАССР и РСФСР, воспитавшего не одну плеяду талантливых журналистов, внесено в книгу почёта Центрального совета ВООП, увековечено в названии одной из улиц города.

Когда уходят из жизни такие личности, как Гадий Арсланов, говорят: «Вместе с ним ушла целая эпоха». В конце восьмидесятых – начале девяностых в стране развернулись стремительные перемены, порой драматические, болезненные. Менялась эпоха, менялась страна. Вместе со страной менялась и газета. Но эпоха Г.Арсланова навсегда останется отдельной главой истории «Стерлитамакского рабочего».

Фаяз ЮМАГУЗИН

Автор: (11 Апр 2017). Рубрика: Главное, Культура, Лента новостей. Вы можете отслеживать комментарии через RSS 2.0. Вы можете пропустить до конца и оставить комментарий. Обратные ссылки отключены.




Ответить

*

Фотогалерея


Войти