Деды подземелья

Движение и оптимизм – средства от старости

Я давно напрашивался на воскресную прогулку с моими старыми друзьями к их тайному лесному прибежищу. Но до поры до времени не складывалось. Сложилось после лёгкого шантажа – Николай Дымов (на фото 3 – справа) принёс в редакцию свой очередной стих, я пошутил, что опубликуем только после совместной вылазки. Вскоре созвонились и обо всём договорились.

3

Фото 1

Суббота выдалась крепко морозной. Машина, месяц стоявшая во дворе без движения, не завелась. Что ж, хороший повод пройти весь маршрут по-стариковски. На остановке «Ул.Бабушкина» сравнительно недолго жду автобус маршрута № 15. За это время прошли три (!) 17-х (а люди почему-то жалуются на нерегулярность движения).

От Шахтау до Карасёвки – рукой подать, чуть больше километра. Там у моих друзей – перевалочная база в виде небольшого вагончика с железной печкой и деревянными нарами. Внутри уже тепло, на столе – горячий чайник. Это Семёныч (Анатолий Семёнович Андреев (на фото 3 – слева), тот самый первооткрыватель знаменитой Киндерлинской пещеры), приехавший с утра пораньше, позаботился.

Чем дальше в лес, тем больше крутых оврагов. Мои спутники, каждому из которых хорошо за семьдесят, преодолевают их удивительно легко – скорости, набранной на спуске, им хватает до середины подъёма. Их скользящая лёгкость напоминает невесомость вездесущих гномов. Я же периодически повышаю их самооценку, позорно падая на дно оврагов. Падать в принципе не очень приятно, а в малоснежье – тем более, потому как бьёшься о землю.

Нынешняя вылазка стала слегка трагичной для Дымова. Нет, он ни разу не упал, но умудрился сломать новенькую пластиковую лыжу и сильно переживал по этому поводу. Он очень трепетно относится к личным вещам. Ничего не выбрасывает. На его балконе – своего рода музей из альпенштоков (проще говоря, палок), привезённых из разных путешествий. А поскольку походов было очень много, то практически весь балкон забит разнокалиберными, но тщательно подписанными, дрынами.

4

Фото 2

Познакомившись со спутниками поближе, понимаю, что рядом – два Семёныча, оба не только родом из одной деревни Берёзовки, но и единокровные братья. Иван Семёнович (фото 2), показывая на свои крепенькие пластиковые лыжи, высказывает надежду, что этой пары хватит до конца жизни. Я желаю ему убить на пересечёнке минимум три пары лыж и жить как можно дольше. Он смеётся, идея ему нравится.

В нескольких километрах от цели мои спутники напоминают уже не гномов, а лис – начинают активно запутывать следы, прокладывая несколько тупиковых троп. На то есть несколько причин. Ведь идём мы уже к четвёртой их землянке. Три более комфортные предшественницы были сожжены мародёрами. Они если и не жгут, то воруют всё подряд, начиная от нехитрого инструмента и кончая простейшей посудой. Приходится всё прятать с особой изощрённостью. Вот и в прошлый раз Семёныч так запрятал пилу, что даже сам не смог найти (вполне возможно, что и её уже стащили). Готовить дрова для печки-буржуйки пришлось топорами. Кстати, вагончик в Карасёвке тоже не единожды пережил вандализм – и новые лыжи из него пропадали, и посуда.

2

Фото 3

Землянка грамотно устроена и замаскирована (фото 3) по всем диверсионным правилам. Приткнувшись к склону оврага, внутри она напоминает с одной стороны военный блиндаж, с другой – обычный погреб. Несмотря на крепкий морозец, в землянке – плюсовая температура. Это заметно по заранее припасённым бутылкам с водой – не замерзают, и жидкость остаётся настолько тёплой, что вполне можно пить.

Вскоре прочищена забитая снегом печная труба, в железном чреве взметнулось пламя, вскипел чай, сварилась картошка.

За обедом пошли споры о формах отдыха – одному ничего, кроме такого вот тихого аскетизма, и не нужно. Другой не против махнуть в Турцию или Египет. Здоровье пока позволяет, средства тоже можно найти. Было бы желание.

Уже на обратном пути мы разговорились с Расимом Курмакаевым (фото 1). Ему 78 лет. Говорит, что работал на ТЭЦ, условия там не самые простые. Многих его ровесников, особенно злоупотреблявших спиртным и табаком, уже нет в живых. Он же способен пройти по пересечённой местности 25-30 километров, не сбив дыхания.

Мне, честно говоря, не очень нравится в однодневном походе возня с растопкой печки и приготовлением еды. Ведь на лыжи можно встать сразу, оказавшись в Карасёвке. Потом понимаю, что это – важнейший ритуал, которому уже больше полувека. Что-то вроде китайской чайной церемонии. За разговорами время течёт размеренно и неторопливо. Видавшим виды туристам есть что вспомнить и рассказать. Ведь их воскресные вылазки в лес – лишь тренировки для новых серьёзных пеших и водных походов, растягивающихся на месяцы.

Глядя на таких позитивных людей, по-хорошему завидуешь им и мечтаешь о пенсии, вместе с которой начинается новая жизнь. Поверьте, ничто не даёт такого ощущения свободы, как тяжесть рюкзака за плечами.

Алексей МАТВЕЕВ

Автор: (16 Мар 2018). Рубрика: Главное, Культура, Лента новостей, Отдых. Вы можете отслеживать комментарии через RSS 2.0. Вы можете пропустить до конца и оставить комментарий. Обратные ссылки отключены.




Ответить

*

Фотогалерея


Войти