Отец и сын воюют плечом к плечу

Молодой боец с позывным «Медведь», недавно прибывший на фронт, с интересом разглядывал дрон, зависший в тридцати – сорока метрах над головой. Казалось, и дрон с не меньшим любопытством разглядывал его.

«Интересно, чей?» – размышлял он. И тут до него донёсся ядрёный мат. Это кричал отец, он же командир отделения. Тут только до Медведя дошло: ещё несколько секунд такого любопытства и их игра в «гляделки» может закончиться тем, что этот дрон станет последним, что он видел в своей жизни.

Бойцы кинулись врассыпную. Потом выяснилось, что это был дрон-камикадзе. Если бы он врезался в кого-нибудь, разорвал бы в клочья. Несколько минут продолжался этот поединок. Бойцам они показались вечностью. Дрон снова и снова пикировал на них и каким-то чудом пролетал мимо, чтобы вернуться на следующий круг.

Так продолжалось до тех пор, пока боец по имени Айдар (кстати, тоже из Стерлитамака) первым же выстрелом из старого ружья не разнёс дрон в щепки. Камикадзе взорвался, каким-то чудом не задев никого осколками. Когда Медведь с товарищем пришли в себя, на вопрос: «Как вы? Целы?» – оба чуть ли не в голос ответили: «Всё нормально, мужики! Кушать охота».

Кстати, давно известно, что наиболее эффективны против дронов охотничьи ружья. Тот дрон был сбит из старого куркового ружья, которому уже лет сто. Отцу Медведя оно досталось от отца.

ПОЛНЫЙ ИНТЕРНАЦИОНАЛ

Позывной его отца – «Абзый». Вот уже второй год они вдвоём воюют вместе, плечом к плечу. Отца призвали во время частичной мобилизации. Вслед за ним, в марте 2024 года, на фронт отправился Медведь. Подписал контракт, хотя срочную не служил. Зато успел поработать в Росгвардии.

Война есть война. Получил тяжёлую травму. Перенёс три серьёзные операции. Четыре позвонка скреплены металлоконструкцией. И, несмотря на это, от демобилизации он отказался. Говорит: «Прадед воевал в тех местах, где мы сейчас находимся. Освобождал Украину от фашистов. Отца же призвали освобождать эту землю от неонацистов. Да и многие родственники тоже воевали. Кто в Великую Отечественную, кто в Афганистане, кто в Чечне. Как же я могу оставаться в стороне!»

На передовую Медведь попал сразу. Курс слаживания не проходил. Говорит, сам так захотел. Первые впечатления были удручающими. Вид руин Мариуполя и Мелитополя, мягко говоря, не радовал глаз. Но за полтора месяца освоился. Воевал на передовой. Потом переучился на оператора дронов. Получил несколько боевых наград.

– Сколько времени нужно, чтобы свыкнуться с мыслью о войне, о том, что кругом стреляют, убивают?

– Я такой человек, который может привыкнуть ко всему, – ответил он, немного подумав. – В отпуске на адаптацию к мирной жизни мне понадобилась пара дней. И, вернувшись на фронт, столько же. К войне привыкнуть можно. А вот к потерям друзей, боевых товарищей – нельзя. Многих уже нет. Один из них – сосед по дому. Как к такому привыкнешь. Стараюсь поддерживать контакты с их семьями.

Да, есть люди, которых война не отпускает. Среди вагнеровцев (их на фронте называют «музыкантами») встречал таких.

– Откуда бойцы вашего подразделения?

– Отовсюду. Со всей Башкирии. Есть из Фёдоровского, Мелеузовского районов, из Кумертау, Стерлитамака… Есть из Чувашии, Татарии, Бурятии. Из ближнего зарубежья: таджики, узбеки. Немало и украинцев, что за нас воюют. Из тех, что отождествляют себя с Россией. Мы там все братья. В общем, на фронте полный интернационал. Кстати, и семья у меня такая, интернациональная. Отец – русский, мать – наполовину башкирка, наполовину татарка. Отчим, заменивший отца, – башкир, жена – чувашка. Так что дома у нас такой же интернационал.

– А семья у вас большая?

– Нас в семье четверо детей. Самому младшему братишке четыре годика. Мне двадцать восемь. У меня подрастает сынишка Макар.

ДОНБАСС ВОЗВРАЩАЕТСЯ ДОМОЙ

Будни войны… Как-то Медведь вышел из блиндажа покурить. И тут случился прилёт. Всё в осколках. Кого-то оглушило, кого-то контузило, но ни у одного ни царапины. И на иконке, что висела у входа в блиндаж, тоже ни царапины…

«Со мной воевал таджик, – рассказывает Медведь. – Классный парень. Оптимист, каких поискать. Там, на Днепре, немало островков, за которые многие сложили головы с обеих сторон. Так он вытащил оттуда десятка два наших раненых. Сам получил серьёзное ранение. После операции, к сожалению, ослеп на один глаз. Первые слова, которые он произнёс после операции: «Хочу люля-кебаб». И всё время, пока был в госпитале, спрашивал, когда будет люля-кебаб… На войне меняются вкусы и потребности».

С конца июля исчезает луна. И наступают кромешные украинские ночи, хоть глаз выколи. Для операторов FPV-дронов это серьёзная проблема. Медведь – не исключение. Ведь по ночам он со своим дроном выискивает технику противника, блиндажи, дзоты и доты. «Каждая минута полёта дрона – это чьи-то спасённые жизни, – считает он. – Если удаётся что-то обнаружить, я сразу же даю корректировку. Ошибка оператора дрона может дорого стоить».

– Гуманитарные конвои прибывают?

– Регулярно. Всё, что ни попросишь, привозят: тепловизоры, маскировочные сети… Кстати, сети не одну жизнь спасли, спасибо тем, кто их плетёт. Сети задерживают вражеские сбросы с дронов. Даже дроны-камикадзе не могут прорваться через них. Если и взрываются, осколки не достают. Некоторые зависают, запутавшись в сетях. Когда мы стояли в Херсонской области, тогдашний глава администрации города Рустем Газизов лично в руки нам вручал всё, что навезли.

– Как к нашим бойцам относится местное население?

– Встречаются и те, кого наши бойцы прозвали «ждунами». Они ждут возвращения укронацистов. Могут предложить отравленное угощение, говорят, были случаи. И это притом, что при прежней власти у них там всё было в упадке.

По воспоминаниям адекватных местных жителей, Киев был озабочен только тем, чтобы вывозить отсюда всю продукцию, включая хлеб, не вкладывая в развитие региона ни гроша. Процветала коррупция. А сегодня даже Мариуполь, практически до основания разрушенный в ходе боевых действий, на глазах становится краше, чем был до войны. Донбасс возвращается домой.

На снимках: отец и сын – бойцы СВО с позывными «Абзый» и «Медведь»

Фото предоставлено героем публикации.

Получить подробную информацию о наборе на военную службу по контракту можно по телефонам: 8 (927) 310-39-33; 8 (3473)20-61-51 – военный комиссариат Стерлитамака и Стерлитамакского района (ул.Худайбердина, 118, каб. № 19).