Здесь нет мелочей. Рассказывает боец с позывным «Абдул»

Тогда он работал старшим следователем в УВД Стерлитамака. Это было первое дело по раскрытию бандитизма в нашем городе. Банда, наводившая ужас на жителей не только Башкирии, но и соседних областей, была ликвидирована. Каждый из её членов получил от десяти до двадцати пяти лет.

Из следователей, немного не доработав до пенсии, ушёл в приставы. Затем судьба забросила его на край света. Вернее, на край страны – на Камчатку. И даже дальше. Работал помощником капитана на рыболовецком судне. Просоленный морскими волнами, в декабре 2023 года он ушёл добровольцем на СВО.

ШТУРМ, РАНЕНИЕ, ГОСПИТАЛЬ

После слаживания в Ростовской области попал в штурмовую бригаду. И в первом же бою получил ранение.

«Нас было трое, – рассказывает он. – Это было в феврале 2023 года в ДНР. Зачистили две улицы в дачном посёлке. На третьей противник зажал нас в доме. Я – старший группы и боец с позывным «Понпон» – оба были ранены в руку. Третий, 18-летний мальчишка-пулемётчик из ДНР с позывным «Марвел», в первые секунды как-то растерялся. Но мы его растормошили: «Парень, соберись!» И он стал поливать их из пулемёта. Если бы не он, мы бы вряд ли оттуда выбрались».

Век штурмовика на передовой не долог. Один-два штурма – и ты, если повезёт, «трёхсотый». Только отлежался, как в марте того же года, уже во время второго штурма, получил второе ранение. На этот раз уже в Орловке. Это село в Ясиноватском районе ДНР. Сначала украинский снайпер попал в живот нашему парню. Причём, очень ювелирно: пуля прошла ниже бронежилета вверх. Бойца наспех перебинтовали и, оставив в сарае, вдвоём пошли дальше зачищать дома. В одном из них нашли четверых наших тяжелораненых из соседней бригады.

«Дальше не идите, – предупредили они. – Там хохлы крепко сидят».

Пришлось отступить. Ночью их окружили. Градом посыпались пули, снаряды, мины. До утра шёл неравный бой, и всё же два наших израненных бойца не отступили. Отстояли занятые позиции. За этот бой Абдул получил медаль «За храбрость» II степени.  

После этого ранения его, старшего сержанта, направили на офицерские курсы. Бывший майор милиции вернулся в строй в лейтенантских погонах. Сейчас он старший лейтенант. Командир взвода.

Третий раз его ранило в ногу.

АТАКА ДРОНА. ЧУДО

Во время очередного штурма надо было пройти через «открытку». Задача практически невыполнимая. Ранее другая бригада уже пыталась там прорваться, но безуспешно. Из их тройки первым вызвался молодой боец. Поначалу всё шло по плану. Но вдруг взлетел из засады дрон-камикадзе. Сразу же вычислил бойца и полетел к нему. Необстрелянный парнишка вместо того, чтобы петлять среди кустов, стал по нему стрелять. Попасть в летящий дрон из автомата труднее, чем сбить свёрнутой газетой летящую муху. Боец погиб.

В это время вражеский наблюдатель засёк остальных бойцов и отправил им навстречу второй дрон-камикадзе. «Беги! – скомандовал Абдул напарнику. – Я его отвлеку!» Петляя и отстреливаясь, добежал до одинокого деревца. Какое-никакое укрытие. Покружившись, дрон атаковал Абдула, но попал в дерево. Боец отделался повреждением ноги с переломом ступни. Это было его четвёртое ранение. Их могло быть и больше. Но в боях случаются необъяснимые вещи. Когда Абдул находился в группе БПЛА, в их блиндаж залетел дрон. Взрывом выжгло всё. Всех, кто там находился, завалило. Казалось, никто не способен выжить в этом аду. И – о, чудо! – все отделались лишь испугом и мелкими контузиями. Никого даже не поцарапало. Сами себя откопали.

– Есть продвижение вперёд?

– За время, что я был там, мы смогли занять три-четыре населённых пункта, – ответил он. – И несколько лесопосадок – тоже стратегические пункты. Здесь мелочей не бывает.

ЮВЕЛИРНАЯ РАБОТА

Спецоперация не похожа на более ранние боевые действия. Накрыть многокилометровые площади массированными артобстрелами и воздушными ударами, лавинами бронетехники не получится. Танковые атаки враг остановит артиллерией, дронами и ракетами. К тому же противник прикрывается мирным населением.

Работать приходится ювелирно. Постепенно выработалась новая тактика. Сначала противника давят артиллерия и дроны, затем мелкими штурмовыми группами по два-три человека наши идут вперёд. В последнее время враг всё реже вступает в прямое соприкосновение. Как правило, на занятых позициях остаются лишь «двухсотые» или те, кто больше не хочет воевать. Притворившись мёртвыми или спрятавшись, они охотно сдаются в плен.

«Как бы тяжело ни приходилось, мы потихоньку продавливаем противника, – сказал Абдул. – И продавим. Не сегодня, не завтра, но продавим. Потому что наше дело правое!»

Фото предоставлено героем публикации.