ВМО – не тыловой взвод

Самым трудным для Раиля Саяхетдиновича оказалось рассказать семье о том, что он записался в добровольцы на СВО. Состоялся тяжёлый разговор с женой, дочерями. Даже сын, «чеченец», и тот попрекнул: «Отец! В твоём возрасте не воюют!» На семейном совете решили матери ничего не говорить. Ей тогда было 87 лет. Придумали легенду, будто его направили в командировку в Самару, на заготовку леса для СВО (он работал заместителем директора лесхоза). 

– К тому времени там уже был мой зять, – признался Раиль Саяхетдинович. – Кстати, решение об отправке в зону СВО мы приняли вместе с заместителем главы Стерлитамакского района Салаватом Минисламовичем (позывной «Хан»). Уже в Алкино, когда автобус тронулся, позвонила племянница и сказала, что зятя больше нет… Это было самое тяжёлое время. Противник пошёл в контрнаступление. Была объявлена частичная мобилизация. В такой обстановке я не смог бы отсидеться дома… Был на передовой с 10 мая по 17 ноября 2023 года. Демобилизован по возрастному ограничению. Три моих зятя там остались. Сейчас на фронте племянники. Один из них прямо со срочной службы отправился. Сейчас поступил в Рязанское училище ВДВ.

Срочную службу он отслужил в танковых частях в Венгрии. Но на СВО был на передовой в составе полка «Башкортостан». Правда, не штурмовиком, а командиром взвода материального обеспечения. Но взвод ВМО – не тыловой. По несколько раз в день они выезжают на «ленточку» (так бойцы называют передовую), чтобы доставить туда боеприпасы, продовольствие, гуманитарные грузы… и вывезти «двухсотых» и «трёхсотых». Для вражеской артиллерии, дроноводов и ракетчиков они лакомый кусочек.

Народная мудрость гласит: «Генералы готовятся к прошедшим войнам». Это действительно так. Ни одна война не бывает похожей на предыдущую.

– Первый день запомнился сутолокой и неразберихой, – продолжает он. – Всех загнали в лес и приказали окапываться, обустраиваться, рыть землянки и окопы. Никакой связи не было. Противник полностью заглушал эфир. Среди наших ребят было немало тех, кто воевал в Афганистане и Чечне. Они честно признавались, что здесь ничего не умеют. Им не пригодился их боевой опыт.

– Дроны сильно досаждали?

– Не то слово. Только прибыли на передовую, как начались прилёты. Небо вроде бы чистое, а нас по несколько раз в день обстреливали. Особенно досаждали польские миномёты. Их мины летят бесшумно. Заранее не спрячешься. До нас на этих позициях стояли сибиряки. Их командир ВМО посоветовал мне: «Заезжай на позиции только рано утром или в сумерках, когда дневные дроны сменяются ночными. Или в туман». И действительно: больше трёх-четырёх минут машина там не может простоять. Вражеская артиллерия не заставит себя ждать.

Как командир ВМО я должен знать, где находится каждое подразделение – от штаба батальона до каждой роты и вспомогательных частей. Порой приходилось в лесу вышагивать по 1300 метров с одним телохранителем.

– С боевыми товарищами, которые сейчас на передовой, связь поддерживаете?

– Обязательно. Буквально вчера наш комбат приезжал. Увёз гуманитарную помощь: УАЗ, забитый посылками, маскировочными сетями, охотничьими ружьями (это самое эффективное оружие против дронов). Систематически участвуем в формировании гуманитарных конвоев.

В чате постоянно на связи с батальоном. У кого мать болеет, кому в семье надо чем-то помочь – стараемся оперативно реагировать. А как иначе? Ведь победа куётся не только на передовой. Наше дело правое. Враг будет разбит. Победа будет за нами!

Фаяз ЮМАГУЗИН

Фото из семейного альбома героя публикации