«Медный всадник» в Стерлитамаке

Стерлитамакский русский драматический театр не однажды ставил на сцене произведения Александра Сергеевича Пушкина. В городе до сих пор вспоминают спектакль-шедевр Л.О.Исмайловой «Руслан и Людмила», где стихи поэта XIX века искусно вплетались в узор суперсовременной постановки. И никакой дисгармонии!На днях в театре состоялась премьера спектакля «Медный всадник» по мотивам одноимённой поэмы русского гения.

Перед зрителями открылась мрачное сценическое пространство: над Петербургом нависли тяжёлые, тёмные тучи. Художник Наталья Белова задрапировала театральное небо кусками тканей самых грозовых оттенков. Туман, странные звуки, шёпот. Возникало острое ощущение надвигающейся катастрофы.
Прелюдия спектакля – перенесённые на сцену реальные воспоминания очевидцев наводнения 1824 года. Среди них – леденящий душу рассказ о девятилетних гимназистах, которые, спасаясь от поднимающейся воды, залезали на столы и кричали. О молодой женщине. Она бежала по воде, держа на руках маленькую девочку. Вдруг увидела плывущего на бревне солдата. Отчаявшаяся мать бросает ему своего ребёнка, а сама погружается в воду и тонет. Человеческое горе было безбрежным, как разлившаяся Нева. А высоко на балконе стоял царь Александр I, взирая на разгулявшуюся стихию и гибнущий в мутных водах народ. Император от щедрот своих пожаловал для пострадавших миллион рублей.

На фоне этой катастрофы – история любви молодого служащего Евгения (артист Михаил Богомолов) и дочки бедной вдовы Дуняши (артистка Юлия Карташова). Желания и мечты у них самые простые. Повенчаться, а потом трудиться, вырастить детей и внуков, которые бы их похоронили. Это самые обычные честные, добрые, милые люди, которым выпало родиться в империи, где всё может произойти неожиданно и быстро: наводнение, война, пожар, эпидемия. Смотрят зрители на Евгения и Дуняшу (артисты играли так, что на глаза наворачивались слёзы) и видят, чувствуют, понимают хрупкость их жизни и полную беззащитность. Кто заступится? Кто спасёт?
Наводнение 1824 года разрушило более 500 домов, 3000 были повреждены. Утонули от 200 до 600 человек, многие пропали без вести. Задумано было построить дамбу, да так уж вышло, что в делах и заботах забыли об этом проекте. Дамбу начали строить только при Советской власти в 1979 году. Однако реализовать проект удалось лишь в XXI веке.

Публицистика, соединённая с тканью спектакля, превратила постановку «Медного всадника» в реалистическое произведение, которое наталкивало на определённые размышления.
От наводнения в первую очередь пострадали обычные люди (такие, как Евгений и Дуняша), в то время как богачи не рисковали ничем. Они даже не ощутили силы бедствия. А отцы народов? Пушкин не зря вспомнил о стоящем на балконе Александре I. Поэт намекал, что цари, императоры, президенты – там наверху. Политические интриги, властолюбие, амбиции и т.п. отнимают много времени. Когда тут думать о народных бедствиях? Не случайно «Медный всадник» был запрещён цензурой и вышел из печати только после смерти Александра Сергеевича.

Зрители от всей души сочувствовали Евгению, который, говоря откровенно, мало чем отличался от современных молодых людей.
А что народ? Он тоже нисколько не изменился со времён Пушкина. В 1859 году поэт, публицист и философ Аполлон Григорьев провозгласил затёртую ныне фразу: «Пушкин – наше всё!», так как видел в творчестве великого поэта воплощение всего самобытного, особенного, что есть в российском народе, что отличает его сознание и даже образ жизни от представителей других миров.
Народ в спектакле представили Владислав Петухов (солдат), Сергей Шевченко (поэт) и Анжелика Гришкина – одна в нескольких лицах. И все эти лица в её исполнении – разные! Дар перевоплощения, по общему признанию, у актрисы завидный. Однако было нечто общее в этих образах, присущее именно российским женщинам – выносливость, терпение и сила духа. Они могли и могут выдержать многое и не спиться, не сойти с ума, не свести счёты с жизнью. Евгений не смог. После гибели Дуняши он сошёл с ума, бездумно бродил по Петербургу и вдруг – перед ним Медный всадник!

– Ужо тебе! – кричит Евгений.
Резонный вопрос, чем Пётр I провинился перед молодым человеком? Построил город на болотах, не заботясь о последствиях. Опять тема для размышлений.
Преобразования великого владыки были хороши для государства, а для народа? В итоге от реформ, приходящих сверху, терпят несчастья обычные люди. Вызванные преобразованиями бедствия обрушиваются на их головы.
Михаил Богомолов играет роль человека, доведённого до предела, которому необходимо высказать хоть кому-то своё негодование. Но, выпалив вслух угрозу, Евгений приходит в ужас от собственной дерзости в адрес владыки. Ещё одна особенность россиянина, замеченная не только Пушкиным. Невольно вспоминаются строчки: «У истории русской страницы хватит для тех, кто в пехотном бою смело входили в чужие столицы, но возвращались в страхе в свою».
Спектакль завершился. Были зрители, которых он привёл в восторг, были недовольные пространными сценами. А для опытных театралов, умеющих оценить новаторство режиссёра-постановщика, игру актёров и построение мизансцен, он дал возможность глубоко вникнуть в произведение великого поэта, понять значение его творчества для современности.

Прав был Аполлон Григорьев: «Пушкин – наше всё».