Миномётчик Марков воевал и с Колчаком, и с Гитлером

Мой отец Михаил Михайлович Марков родился в 1903 году в городе Уржуме. В 1919 году 15-летним мальчишкой сражался в составе Второго Красногвардейского полка с армией Колчака. А в годы Великой Отечественной войны – снова фронт.

Миномётчик Марков участвовал в боях под Воронежем, Тихорецком, Азовом. Первую пулю получил у станицы Красновской, неподалёку от Ростова-на-Дону. После лечения продолжил воевать. Под Батайском отец был тяжело ранен: осколками мины ему перебило ноги. Попал в госпиталь. Потом была ампутация обеих ног. Долгое время находился без сознания. А когда приходил в себя, думал: «Как жить дальше?». В то время ему было 40 лет. Домой в Стерлитамак вернулся инвалидом первой группы. Но инвалидность не вывела его из строя. Отец решил во что бы то ни стало работать, чтобы самоутвердиться и обеспечивать семью. Сначала передвигался на так называемых «тумбочках», затем научился ходить на протезах с одной палочкой. Стал работать начальником планового отдела транспортной конторы, затем начальником строительно-монтажной конторы и позднее – старшим инженером геолого-поисковой конторы. Ездил в командировки, поднимался на буровые вышки.

Отец был членом литературной группы при городской газете. Писал прозу и стихи, опираясь только на реальные события. Не могу забыть его очерк под заголовком «Она не забудет, она не простит». Это рассказ о бывшей связной партизанского подполья Наталье Викторовне Выговской, на глазах которой фашисты повесили её маленького сына Колю и мужа Николая Георгиевича – секретаря подпольного райкома партии.

Жизнь моего отца всегда напоминала мне подвиг Алексея Маресьева. Дома у нас всегда хранилась книга Бориса Полевого «Повесть о настоящем человеке» с надписью на титульном листе: «Михаилу Михайловичу Маркову. С пожеланиями здоровья, счастья и успехов в труде. Алексей Маресьев».

Марков был другом и наставником Дуванской средней школы. Регулярно посылал в школу письма, открытки, пакеты с вырезками из газет. Всегда интересовался успехами школьников, получал от ребят письма, писали отцу и учителя. В школе была комната-музей, посвящённая Маркову.

Отца всегда отличали крепость духа, активная жизненная позиция. Он был настоящим человеком, умел подчинять своей воле жизнь. А помогала ему разделять все тяготы жизни жена, моя дорогая мама Надежда Васильевна, умная и терпеливая, добрая и справедливая. Нас - шестеро детей, сейчас пятеро (один брат ушёл из жизни), двое родились после войны. Все, кроме одного (он квалифицированный рабочий), получили высшее образование и успешно работали на ответственных участках в различных отраслях. Все имели награды и поощрения, достижения в работе. Мы, дети, гордимся своими родителями, своим отцом и благодарны ему за то, что он сделал.

Эту заметку я решила написать для того, чтобы рассказать, каким сильным может быть человек. А ещё написать об этом меня попросили внуки и правнуки Михаила Михайловича. И ещё немного о себе. Когда началась война, мне было 9 лет. И я вместе с другими детьми старалась хоть чем-то помочь фронту. Мы выступали с концертами художественной самодеятельности в госпитале, тогда в некоторых школах размещали раненых. Шили кисеты, обвязывали носовые платочки, портянки, и всё это вместе с варежками, связанными нашими мамами, посылали на фронт.

А в школе и дома всё тоже было непросто. Писали на грифельных досках, а на большой перемене получали 50 граммов хлеба. Но наш народ выдержал всё и победил!

В начале февраля 1943 года наш полк двигался от города Сальска по заснеженной степи, без каких-либо дорог. Между солдатами прошёл слух, что идём на Таганрог. Погода была не слишком благоприятная: то дождь ударит, то снег и метель, а потом и мороз до -22 градусов, что для Ростовской области, да и для солдата в лёгкой шинелёшке и в ботиночках с обмотками, пожалуй, многовато…

Ночью переправились через Дон по блестящему, как зеркало, льду, и к утру впереди зачернели строения. Оказалось, что нас повернули на Азов. Подошли мы к нему со стороны Азовского моря, точнее – Таганрогского залива, и остановились возле сараев кирпичного завода. Несколько минут на отдых и подготовку. Затем команда: «Пулемёты и миномёты - на себя!».

Бросаемся к своим бричкам. Молча хватаю ствол своего миномёта; мой второй номер – здоровенный казах Тугбаев – грузит себе на спину опорную плиту; подносчики разбирают лотки с минами, и… осторожно все двинулись вперёд. Да и пора! Из города уже слышалась встречная стрельба.

Моему миномётному расчёту довелось продвигаться по Красноармейской улице. Кто и как осуществлял общее руководство операцией, мне не ведомо. Знаю, что командир нашего батальона майор Андреев руководил действиями вверенной ему части; ротные командиры – установкой и действием пулемётов и миномётов, а также пехотных частей, которые продвигались за нами.

Расчистка улицы производилась довольно быстро и успешно, но вот возникло препятствие – какое-то большое четырёхэтажное здание. Из окон четвёртого этажа немцы поливают улицу огнём из нескольких пулемётов. В пользу загородного дома делают выбор как молодежь, так и взрослые. Спокойствие, простор, отсутствие шумных соседей, наличие своего участка, природа, здоровая экология – это все плюсы своего собственного комфортного жилища. При наличии земельного участка, следующим шагом будет подбор профессионалов в реализации поставленной задачи, которые начнут с проектных работ и непосредственного самого строительства будущего дома. Если у Вас есть собственная оригинальная идея будущего дома специалисты этой компании помогут клиенту воплотить ее в жизнь избегая типовых проектов при строительстве загородных домов. Мы спешим укрыться со своим миномётом за хворостяным плетнём. Защиты от него, конечно, ни малейшей, но зато сквозь щели в плетне нам видно всё, а нас не видно. Установили миномёт, навожу его на здание. Позднее узнали, что это какое-то учебное заведение.

- Быстрее подавай! – кричу своему второму номеру, а сам кладу мину за миной во двор, изредка изменяя немного угол наклона и направление ствола. Сколько проходит времени, не чувствую…

- Ур-р-ра! – закричала пехота, пробегая мимо нас по улице. Миномёт наш молчал, его уже разбирали для переброски.

К вечеру Азов был наш и полностью очищен от неприятельских войск. Мы начали немного успокаиваться. Вдруг команда: «Оружие на брички! Быстро!». А ездовые на своих тройках уже тут как тут.

Оказалось, что, отступая, немцы переправились через Дон по льду и, маскируясь камышом и прибрежным кустарником, передвигаются по противоположному берегу в направлении городов Батайска и Ростова-на-Дону. А на северной окраине Азова Дон делает довольно крутой поворот, и наш берег - высокий.

Три троечных брички промчались по Азову, и в считанные минуты миномёты наши были уже в боевой готовности и замаскированы кустарником. Лотки с минами тоже сгрузили, а коней убрали в укрытие. Вот за Доном показалась вражеская артиллерия, за ней – кавалерия и пехота, правда, довольно чахлые и потрёпанные. Наши миномёты заработали. Если б вы видели, какая паника поднялась у врага! Но было уже поздно: мины сыпались и рвались беспрерывно. Полный разгром ожидал фашистов. Так оно и получилось.

До сих пор не могу себе уяснить: почему бездействовала авиация врага? Зато отыгралась она на нас на следующий день.

Ночь провели в Азове. Тогда мы и узнали, что на территории четырёхэтажной школы оказалось около двух сотен немецких трупов. Всех на свой счёт принять не могу: я – не библейский Ирод, чтобы уничтожить столь много фашистских «младенцев» в военных мундирах, но в этом кровавом пиршестве кое-какая доля есть и моя. И самое приятное, когда один из моих подносчиков снарядов радостно воскликнул:

- А ведь Азов-то опять наш!..