«Воюем как наши деды»

Боец с позывным «Татарин» – о спецоперации.

Две первые группы штурмовиков не смогли подобраться к позициям противника. Это удалось лишь третьей. И тут на «закрепе» (на основных наших позициях) связист-наводчик с позывным «Татарин», которому в тот день поручили охранять медика, услышал тревожное: «Рация садится. Буду выходить на связь раз в полчаса».

– Отпусти меня к ним, – обратился он к медику. – Не дай бог, останутся без связи. Да и мало ли что: не перебьют, так в плен могут взять….

– Без приказа командира не могу, – ответил тот.

Связался с командиром роты, и только получив добро от него, благословил бойца на риск.

Задание уже было выполнено, аккумулятор заменён, когда «Татарин» вызвался разведать блиндаж, что виднелся буквально в нескольких метрах от них. Но не успел пройти и пары метров, как в зарослях посадки замаячили фигуры четырёх-пяти украинских солдат. «Не стреляй! –
шепнул товарищ, увидев, как он снимает автомат с предохранителя. – Шуму наделаешь».

Может, и разминулись бы две вражеские группы, если бы «Татарин» не наступил на ветку. Та треснула с таким хрустом, что враг не мог не услышать. Дальше счёт пошёл на доли секунд. «Татарин» выпустил очередь. С треском ломая ветки, свалился один из ВСУшников, остальные дали дёру. Наши тоже не стали испытывать судьбу – рванули к своим позициям. По возвращении «Татарин» сообщил про подозрительные блиндажи. Артиллерия их разнесла в щепки, а наш беспилотник-разведчик подтвердил результат: несколько «двухсотых» вражеских солдат.

Срочную он не служил. Говорит, что это обстоятельство во многом повлияло на его решение отправиться в зону спецоперации. Посчитал, что пришло его время отдать долг Родине. «Татарин» говорит об этом спокойно, уверенно и убедительно. И в этом нет ни тени пафоса или эпатажа. Он не первый, кто так аргументирует свой выбор.

Воюет больше полугода под Северодонецком (это в ЛНР) в 31-м полку «Башкортостан» наводчиком пулемёта. В его обязанности входит и поддержка проводной связи. В случае обрыва по рации приказывают найти и ликвидировать обрыв. Или, когда надо показать местность, посылают в качестве проводника.

Мы встретились с ним во время отпуска по ранению. Случай, по военным меркам, банальный. Сидели на «закрепе». Прилетел дрон, сбросил несколько гранат. К дронам на передовой привыкли. Бывали случаи куда посерьёзней. Однажды в «зелёнке» его и напарника дрон «ждал» несколько часов. Они видели его, а тот их нет. Сбрасывал одну гранату за другой, а они сидели себе и посмеивались.

А тут сразу его и товарища «затрёхсотило». Операцию в Тамбовском госпитале делать не стали. Сказали, осколки вытаскивать нельзя. Можно задеть нервы. «По правде говоря, ходить больно, – признался он. – Но я всё равно потом сделаю операцию».

Это было его второе ранение.

Штурмовики заняли блиндаж ВСУ. Не успели перевести дух, как прилетел вражеский дрон. Сбросил одну зажигалку, другую, третью. Безрезультатно. Но оператор упёртый оказался. Сбросил-таки один снаряд прямо над входом. Огонь заблокировал выход из блиндажа. Но бойцы, хоть и не без труда, сумели его потушить. Минут через пять прилетел ещё один –
помощней. Вновь полыхнуло над входом. Бойцы пытались было отсидеться (потушить было уже невозможно – сбросы следовали один за другим). Наконец, командир скомандовал: «Уходим. Не то сгорим все».

«Мы – двое бойцов − выбежали, а командир не успел, – рассказывает «Татарин». – За моей спиной рухнул вход. Слышу, командир кричит: «Татарин»! Не бросай меня!». Поворачиваюсь –
а там вход завалило. Всё полыхает. Схватил горячую, опалённую жердину, разбросал пылающие брёвна. Командира за руку, вытащил и – бегом в «зелёнку».

Тем временем противник начал обстрел «зелёнки» из миномётов. К счастью, поблизости оказался танковый капонир. Бойцы попрыгали в него. Когда казалось, что опасность миновала, одна мина разорвалась у самого капонира. «Татарина» контузило, но он поначалу не обратил на это внимания.

Когда обстрел чуть поутих, бойцы бросились к нашим позициям. «И тут я вижу, что напарнику становится хуже, – продолжает «Татарин». – В состоянии аффекта он не сразу заметил, что его тоже зацепило маленьким осколком. У него из затылка текла кровь. Я его подхватил, вывел к нашим. Вскоре обстрел закончился, напарник пришёл в себя, и тут уже я «поплыл» – открылась контузия. Теперь он тащил меня».

Таким было его первое ранение.

В том бою он спас двух своих товарищей. Говорят, за одно только спасение командира медаль полагается. «Татарину» хватило похлопывания по плечу и слов благодарности от командира.

«Я не задумывался над этим, – честно признался он. – Мы ведь воюем не за медали, а за Родину. Как когда-то воевали наши деды».

Напомним, что помощь для передовой и госпиталей принимается по адресам:

  ул.Шаймуратова, 4 (ВПО «Отечество») в рабочие дни с 9 до 18 часов, перерыв с 13 до 14 часов;

  ул.Комсомольская, 5 (остановка транспорта «Колхозный рынок»), третий этаж. В ТРК «Аструм» вас ждут ежедневно с 10 до 21 часа. Уточнить детали можно по номеру телефона +7 (917) 360-32-45.
Также можно позвонить координатору Данису Гатаулину (+7 (917) 456-15-30).

  Координационный центр объединения помощи фронту «Zov Сердца» находится по адресу Худай­бердина, 17. Вопросы можно задать Гульнаре
(8-987-584-08-55), Елене (8-917-34-646-11).

  Для изготовления окопных (блиндажных) свечей принимаются жестяные ровные и загнутые чистые банки из-под кукурузы, фасоли, гороха, сгущёнки (ул.Худайбердина, 122, тел. +7 (929) 757-48-92)

 Получить подробную информацию о наборе на военную службу по контракту можно по телефонам: +7 (917) 462-89-17; 8 (3473)20-61-51 – военный комиссариат Стерлитамака и Стерлитамакского района (ул.Худайбердина, 118, каб. № 19).