За тех, кто в море!

Ветеранов военно-морского флота в Стерлитамаке объединяет городское Морское собрание. Входят в него самые активные и неравнодушные люди, являющиеся неотъемлемой частью истории и традиций флота. Ветераны ВМФ становятся всё заметнее в городе. И не только в их праздник. В этом году в День Победы моряки, уже не в первый раз, но уже более массово, прошли торжественным маршем по проспекту Ленина. Перед Днём Военно-Морского Флота мы пообщались с ветеранами. Честно говоря, понравилось, что и через годы после демобилизации они чтят субординацию – перед входом в редакцию дождались своего нынешнего руководителя и только потом, все вместе, вошли. Итак, знакомьтесь.

ПРОТИВ АВИАНОСЦЕВ И ПОДЛОДОК

Председатель Морского собрания Стерлитамака, майор запаса Олег Тюренков (на снимке – в верхнем ряду), в 1988 году закончил Оренбургское лётное училище (то самое, что и наш первый космонавт Юрий Гагарин). Служил в морской авиации Тихоокеанского флота.

Начинал на ТУ-16 (изделие «Н», по кодификации НАТО – Badger («Барсук») — советском тяжёлом двухмоторном реактивном многоцелевом самолёте. Задачей этого самолёта было и сдерживание флота США, мощнейшего в мире на тот момент, и особенно – его авианосцев.

Потом перешёл на ТУ-142 (по кодификации НАТО – Bear-F) — советский и российский дальний противолодочный самолёт. Изначально предназначался для обнаружения и уничтожения ПЛАРБ (атомных подводных лодок, вооружённых баллистическими ракетами) противника в районах патрулирования.

К счастью, до боевых действий тогда не доходило. Задачи ограничивались патрулированием и обнаружением вероятного противника. Однако девяностые годы прошлого века были тяжёлыми временами – проблемы с материально-техническим обеспечением, полётов было немного.

В 1998 году, после десяти лет службы, 31-летний майор Тюренков уволился в запас.

      СОПКА ВАША – СОПКА НАША

Анатолий Щиголев (крайний слева во втором ряду) до призыва занимался боксом, играл в баскетбол и хоккей, бегал на лыжах. Служить его призвали в морскую пехоту на Тихоокеанский флот.

Тем временем из Чечни на ТОФ вернулось подразделение морских пехотинцев. А Анатолий оказался в роте, которая начала подготовку для отправки в эту республику. Однако обстановка резко изменилась, и командировка не состоялась.

Запомнились особенности подготовки морпехов – маршброски по проваливающемуся морскому песку и сопкам, стрельбы.

Основной же задачей подразделения, в котором служил Анатолий, была охрана ракетных ангаров и сопровождение эшелонов с военными грузами.

– На караульную службу заступали через каждые сутки, – вспоминает Анатолий, – и казалось, что находимся мы как бы в отдельном государстве…

       ПДР ДШБ

Сергей Кохтаев (крайний справа во втором ряду) тоже морской пехотинец. Служил два года (2000 – 2002) на Северном флоте в парашютно-десантной роте десантно-штурмового батальона.

Служивший там же наш земляк Михаил Удовенко к моменту призыва Сергея уже вернулся из Чеченской республики. Сергей тоже готовился к отправке на Северный Кавказ. Командировку отменили.

Север – это непростой климат – зимние сугробы до второго этажа, северное сияние. Но главное, конечно, служба. Запомнились показательные выступления (в которых Сергей участвовал) с высадкой морского десанта на БТРах, рукопашным боем, раскалыванием кирпичей.

У Сергея, кстати, есть два брата. Они тоже служили на флоте. Сам он загорелся такой мечтой, когда увидел демобилизовавшегося соседа в красивой форме. Сначала мечтал о флоте в общем, потом – конкретно о морской пехоте. Так и сложилось, потому что готовился, занимался кикбоксингом.

      ИЗ АНАПЫ В БЛАГОВЕЩЕНСК

Игорь Ильин (в центре) до призыва прошёл курсы водителей в ДОСААФ. Но отдал три года морским частям пограничных войск (с 1986 по 1989). Сначала был в учебке в Анапе. Потом служил мотористом БЧ-5 в отдельной бригаде пограничных кораблей в Благовещенске.

Случалось, задерживали и нарушителей границы, и браконьеров. Сослуживец Ильина был награждён медалью «За отличие в охране государственной границы».

– Китайцы не обращали особого внимания на охрану границы, – вспоминает Ильин, – они знали, что если с нашей стороны кто-то попытается нарушить, то задержат наши пограничники. Если с их стороны – опять-таки задержат наши.

ОТ АЛЯСКИ ДО ФЛОРИДЫ

Олег Агишев (крайний слева) служил три года (с 1981 по 1984) на ракетном подводном крейсере стратегического назна-чения. Их атомная субмарина патрулировала территорию Америки примерно от Аляски до Флориды.

Он вспоминает, что во время походов пресную воду для помывки давали раз в неделю. В обычные дни пользовались забортной водой. Так тоже можно было определить местонахождение субмарины. Если вода холодная, значит – вблизи Аляски. Если тёплая – ближе к Флориде.

Так, не всплывая, несли трёхмесячные боевые дежурства без каких-либо происшествий. Впрочем, незадолго до демобилизации ЧП было, но оно никак не связано с вероятным противником – шли на учения в надводном положении, когда с их лодкой столкнулась другая. Отечественная субмарина меньших размеров, но с более прочным корпусом, сделала в их крейсере пробоину. Пришлось вернуться на базу для ремонта.

В конце сентября лодка вышла из ремонта, вскоре поступил приказ выйти на патрулирование. Олег Агишев тогда подумал, что уйдёт на очередные три месяца и его положенная по сроку осенняя демобилизация отложится до зимы. Ошибся – перед погружением прозвучала команда выйти из строя тем, чей срок службы закончился.

Да, служба рано или поздно заканчивается, оставаясь в памяти навсегда как важнейшая часть жизни тех, кто с честью прошёл её.

Алексей МАТВЕЕВ

Фото Сергея КРАМСКОВА