« Там русский дух… Там Русью пахнет!»

Стерлитамакский русский драматический театр подарил своим зрителям подлинный шедевр – спектакль «Русское. Шукшин».

Поставил его главный режиссёр Челябинского Молодёжного театра Иван Миневцев. Художник-постановщик Варвара Иваник (Москва), саунд-дизайнер (звуковое оформление) Павел Поляков (Москва), художник по свету Светлана Насонова (Москва). Но артисты исключительно наши, стерлитамакские.

Как они играли! Расстояние между сценой и залом исчезло, и зрители, образно выражаясь, растворились в театральной действительности. Сопереживали героям до слёз, до мучительного чувства бессилия перед несправедливостью…

Вначале было чтение рассказа «Как помирал старик». Текст читала актриса Регина Рушатова. Ласковый, нежный, девичий голос проникал в душу:

– Старик с утра начал маяться. Мучительная слабость навалилась… Слаб он был давно уж, с месяц, но сегодня какая-то особенная слабость – такая тоска под сердцем, так нехорошо, хоть плачь.

И в дальнейшем действие спектакля дополнялось чтением. Мелодика стиля писателя органично переплеталась с художественной тканью спектакля.

Старик (Александр Шабаев) со старухой (Валентина Бродская) – пара, как из сказки – сейчас таких и не встретишь.

Старик – русский мужик, до самой смерти ребёнок. Старуха… Валентина Егоровна Бродская удивительно точно рисовала образ женщины, понимающей любовь как жалость: она смотрела на мужа горько и жалостливо. Смотрела, смотрела и вдруг всхлипнула:

– Старик… а, не приведи Господи, правда помрёшь, чо же я одна делать стану?

Старик строго смотрел в потолок. Ему хотелось поговорить хорошо, обстоятельно.

Регина читает рассказ «Мастер». Зачин сказочный:

– Жил-был в селе Чебровка некто Сёмка Рысь, забулдыга, непревзойдённый столяр. Длинный, худой, носатый – совсем не богатырь на вид.

Перед зрителями разворачивается история советского Левши – Сёмки (Артур Ишмухаметов).

Сёмка очаровался церковкой, которая стояла в деревне Талице.

Слово Регине:

– Как-то в выходной день Сёмка пошёл опять к талицкой церкви. Сел на косогор, стал внимательно смотреть на неё. Тишина и покой кругом. Тихо в деревне. И стоит в зелени белая красавица – сколько лет стоит!

Артур Ишмухаметов в роли Сёмки – русский мастер-самоучка с великим талантом понимания гармонии. Он чувствует уникальную красоту белой церковки, понимает её тайну.

Далее разворачивается типичная для России история – мастер, будь то Левша Лескова или Данило Бажова, или Сёмка Шукшина – проходит тернистый путь непонимания, ледяного равнодушия, насмешливого презрения…

У Кольки (Ильдар Сахапов) из рассказа «Как жена мужа в Париж провожала» тоже художественная натура. И угораздило же парня жениться на девушке из семьи, где такие натуры вовсе не ценились, а, наоборот, презирались. Маялся Колька, маялся. Даже за женой с топором гонялся (с Василием Шукшиным тоже такое случилось), хотел совсем уйти, да дочку уж очень любил.

Ильдар Сахапов на слова был скуп. Зато выражение глаз, красноречивые жесты и даже какая-то отчаянная игра на гармошке говорили о внутреннем страдании и настоящем горе, от которого – не сбежать. Но Колька всё-таки сбежал…в смерть!

Слово Регине:

– У Кольки ещё не успели высохнуть слёзы… И чубарик его русый был смят и свалился на бочок…

Есть артисты, которые перевоплощают сценический образ в самого себя любимого. Смотришь на сцену и видишь, например, Отелло, похожего как две капли воды на исполнителя этой роли – интонации, жесты, поворот головы, улыбка и прочее. И надо сказать, иногда неплохо получается, при условии, что у режиссёра точечное попадание. Известно, роли тоже подбираются по размеру таланта, внешних данных и т.п.

Не то Александр Чесноков. Это настоящий мастер перевоплощений. Даже зрители, присутствующие постоянно на премьерах не сразу узнают Александра. Однако на этот раз артист превзошёл сам себя.

В Вене Зяблицком – маленьком, нервном, стремительном человеке – никак не узнать утончённого, стильного, даже немного рафинированного артиста Александра Чеснокова.

Неузнаваемой была и актриса Ольга Бовен, которая тоже саму себя никогда не играла. Эта красивая статная женщина взяла да и превратила себя в зловредную старуху-тёщу. И не просто старуху, а в бывшего партийного деятеля – организатора колхозов. Жена Вени Соня, в исполнении актрисы Елизаветы Тодоровой, органично вписалась в эту весёлую семейку.

Но не семейные скандалы здесь во главе угла. И не то, что Веньку осудили за дебоширство. Дали два года условно. Тут другое.

Слово предоставляется Регине Рушатовой:

– Венька, не отрываясь, смотрел на представительного мужчину (прокурора), плохо понимал, что он говорит. Понимал только, что мужчина хочет его посадить, хотя вовсе не злой как тёща, и в первый раз в глаза увидел Веньку. Его охватил ужас перед этим мужчиной.

Раньше Венька часто злился на людей, но не боялся их, теперь он вдруг с ужасом понял, что они бывают страшные.

Надо сказать, артист Михаил Богомолов буквально слился с написанным Шукшиным портретом – сущий фоторобот

Венька был настоящим русским мужиком. Ему не нравилось испытывать ужас. Поэтому…

Венька вёл машину. Пассажиром у него – представительный мужчина. А шофёр взял да и перевернул автомобиль. Теперь ужас испытал прокурор, а не Веня!

«Разговор при ясной луне» (так называется рассказ) вели сторожиха Мария (Юлия Веретнова) и старик Баев (Сергей Сапунов). Они поднялись до высокой бытовой философии.

Закончился спектакль странной метафорой, которую каждый зритель понял по-своему. На гору взобрался маленький человек в уродливой маске с ним наша чтица – Регина Рушатова. На горе они уселись рядком. Сняли маску. И миру явился красивый мальчик с прекрасной девушкой. Посмотрели на них? Понимайте, как хотите.

ФОТО СЕРГЕЯ КРАМСКОВА