Две войны военфельдшера Музафарова

Мы продолжаем серию публикаций Марса Абдеева, подполковника ФСБ РФ в отставке, члена Союза журналистов РФ и РБ, выпускника школы № 18 города Стерлитамака.

Мухамед Музафаров родился и вырос в Абдулкаримово – большом красивом селе Баймакского района с более чем 200-летней историей.

Война! Девятнадцатилетний Мухамед Музафаров, только что окончивший Темясовское педучилище, был в числе первых добровольцев-комсомольцев, уходящих на фронт. Пройдя в Уфе курсы военных фельдшеров, он оказался в огне самых жестоких сражений. В составе действующей армии участвовал в боях от Сталинграда до Берлина, воевал в Польше, Чехословакии, Венгрии, дошёл до Победы. Спасал раненых бойцов, вытаскивая их на собственной спине из воронок, окопов и завалов под прямым огнём, взрывами и обстрелами, нередко вступая в ближний бой, чтобы отбить раненого красноармейца. И, судя по сохранившимся военным приказам и боевым наградам, военфельдшер Музафаров был очень храбрым и самоотверженным бойцом. Вот несколько рапортов командиров о подвигах М.Г.Музафарова:

«Под д.Линтула во время артиллерийского налёта на штаб полка было ранено 16 человек. Тов. Музафаров, не дожидаясь конца обстрела, презирая смерть, оказал им своевременную помощь, организовал перенос раненых с оружием и эвакуировал их в тыл».

«В боях за г.Выборг под пулемётноавтоматным огнём своевременно оказал медицинскую помощь трём связистам, обеспечил их эвакуацию и тем самым спас им жизнь».

«Мл. лейтенант медслужбы фельдшер бригады тов. Музафаров, находясь в полку со дня организации, проявил себя в боях смелым, стойким медработником. В боях под деревнями Александровкой и Старый Белоостров под сильным артиллерийскоминомётным огнём противника лично эвакуировал четырёх человек и оказал им своевременную помощь».

Мухамед Музафаров вернулся на свою малую родину в декабре 1945 года. Встречать героя вышло всё село. Гимнастёрка фронтовика была увешана боевыми наградами: орден Красной Звезды, медали «За оборону Сталинграда», «За отвагу», «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941–1945 гг.», «За победу над Японией». В каждом доме он был желанным гостем, каждая семья считала за честь принять героя у себя.

Если в деревне к кому-то приезжал гость, хозяин обязательно показывал его своим родным, друзьям, соседям. Это называлось «показ гостя». Потом его приглашали в другие дома. К угощению обязательно подавался чай из самовара. Сразу после войны настоящий чай был редкостью. Пили в основном грузинский, китайский плиточный, редко – индийский со слоником. Его заваривали только для дорогих гостей. Традиционно башкиры пьют чай с молоком. Хозяйка всё время доливает чай гостю, а если он уже не хочет пить, то переворачивает кружку.

Мухамед соскучился по душистому, ароматному деревенскому чаю. Он ходил из дома в дом и никак не мог насытиться домашним, с детства родным напитком. С травами, с мускатным орехом. Чай доливали вновь и вновь, потому что не иссякали вопросы односельчан о войне.

Наконец все собрались в сельсовете. Там, в присутствии почти всех жителей села, Мухамед рассказал две истории, которые запомнились ему на всю жизнь.

КАК БРАЛИ В ПЛЕН ФЕЛЬДМАРШАЛА ПАУЛЮСА

Из 200 дней грандиозной битвы на Волге 142 дня бои шли в самом Сталинграде. В ночь на 31 января 1943 года советские войска прорвались к зданию универмага в центре города, блокировав его со всех сторон. Именно здесь располагался штаб 6-й армии Фридриха Паулюса. 5-я гвардейская артиллерийская дивизия прорыва, в которой служил военфельдшер Музафаров, располагалась с тыльной стороны и огнём перекрывала возможность бегства окружённых немцев. Советская операция «Кольцо» подходила к своему финалу.

Рано утром стрельба со стороны немцев неожиданно прекратилась. Красноармейцы тоже замолчали. Наступила небывалая по тем временам тишина. И тут военфельдшеру позвонил командир расположенного рядом стрелкового полка подполковник Исхак Гумеров (земляк Мухамеда из соседнего села Верхнемамбетово; в минуты затишья они иногда встречались и с грустью вспоминали свою малую родину):

– Кустым (братишка), подходи ко мне и сумку свою не забудь. Может понадобиться. Немцы, похоже, надумали сдаваться.

– Хорошо, Исхак-агай. Сейчас буду.

На гумеровском трофейном «фордике» они пересекли площадь и подъехали к универмагу. Здесь уже собралась группа офицеров из блокировавших универмаг подразделений. Постепенно стали съезжаться представители старшего и высшего командного состава Красной армии. В сопровождении переводчика и военфельдшера в подвал спустился начальник штаба 64-й армии генерал-майор Иван Ласкин. Их встретил худой, бледный и изнурённый командующий 6-й армией вермахта фельдмаршал Фридрих Паулюс. Первым делом надо было убедиться в его нормальном физическом и душевном состоянии. Ласкин попросил военфельдшера высказать своё мнение. Мухамед измерил Паулюсу давление, оно было чуточку выше нормы: скорее всего, сильно волновался. Поверхностные изменения и отклонения визуально не просматривались, о чём младший лейтенант медслужбы Музафаров и доложил полковнику Ласкину. Пленного вывели наверх и отправили в штаб армии.

– В тот день в Сталинграде нам всем – всем бойцам Красной армии и многим немецким солдатам – стало понятно, что это начало их конца и начало нашей Победы, – рассказывал землякам фронтовик.

Профессиональные действия оказавшегося в нужном месте в нужную минуту младшего лейтенанта медслужбы Музафарова сочли рутинной работой и нигде в отчётах и докладах его фамилия не упоминалась. Зато сам Мухамед очень гордился своим участием в этом поистине историческом событии.

КАПИТУЛЯЦИЯ ЯПОНИИ

После победного мая воинскую часть Музафарова ночью экстренно погрузили в вагоны и почти без остановок перекинули к границе с Маньчжурией. На Дальнем Востоке назревала угроза войны с самураями.

В августе 1945 года в надежде, что Красная армия ослабла от четырёх лет войны, милитаристская Япония пошла в наступление. Советские войска своими молниеносными и непрерывными ударами на суше, море, в горах и пустыне за шесть дней расчленили и разгромили 750-тысячную Квантунскую армию, продвинувшись в глубь территории Манчжурии на 300 километров, уничтожили части японских войск в Северо-Западном Китае, высадили десанты в Северной Корее, на Сахалине и Курильских островах. Именно поэтому император Хирохито в полдень 15 августа отдал приказ всем своим вооружённым силам о прекращении войны и объявил о капитуляции Японии.

Однако части Квантунской армии, хоть и расчленённые и разрозненные, ещё продолжали отчаянно сопротивляться вплоть до начала сентября. Поэтому советским войскам пришлось продолжить наступление, окружить и окончательно уничтожить все очаги сопротивления.

Квантунская армия за 23 дня боёв потеряла убитыми и ранеными 677 тысяч человек. Также успешно были завершены Сахалинская и Курильская операции. Всё это приблизило конец войны и подписание акта о безоговорочной капитуляции Японии, что было решено сделать 2 сентября. С советской стороны для участия в подготовке и подписании акта был назначен 41-летний генерал-лейтенант Кузьма Николаевич Деревянко. В группу сопровождения советской делегации был включён и военфельдшер Мухамед Музафаров. «То, что увидите и услышите, не подлежит разглашению», – строго-настрого предупредили их.

Подписать акт было решено на борту американского линкора «Миссури», стоявшего в Токийской бухте. Церемония была назначена на 10 часов по токийскому времени. В советскую делегацию, кроме К.Деревянко, входили ещё командующие родов войск, а также переводчик. Американские матросы на «Миссури» устроили им бурную овацию с приветствиями, бросали вверх свои матросские шапочки.

Процедура началась с «Пяти минут позора Японии». Японская делегация стоя выдержала суровые, укоризненные взгляды всех присутствующих, а затем первой подписала акт о капитуляции. Следом, уже от имени всех союзных держав, расписался американский генерал Макартур. Но когда он объявил, что сейчас акт подпишет представитель Союза Советских Социалистических Республик генераллейтенант Кузьма Деревянко, на того обратились взоры всех присутствующих, фото- и кинокамеры почти пятисот корреспондентов многих стран мира. Сохраняя спокойствие, К.Н.Деревянко подошёл к столу, не торопясь сел и поставил свою подпись под документом.

Ну а чуть позже, в тот же день 2 сентября 1945 года, с обращением к советскому народу о капитуляции Японии и окончании Второй мировой войны выступил И.В.Сталин.

К линкору «Миссури» во время подписания акта подошла толпа воинствующих граждан, выступающих против капитуляции. Они несли плакаты, скандировали на японском и английском только одно слово: «Позор!» Один наиболее рьяный стал прорываться к трапу. Охранявшие вход американские морпехи преградили ему путь. Тогда разбушевавшийся демонстрант выхватил нож и ударил им одного из них. Тот согнулся и повалился на землю. Другой морпех моментально отреагировал и ударом приклада автомата свалил нападавшего.

Всё это видел сверху военфельдшер Музафаров. Слетев вниз по трапу, он подбежал к раненому. Быстро и профессионально обработал глубокую рану, остановил кровотечение и наложил тугую повязку. Вскоре подбежали два санитара, уложили раненого на носилки и унесли в лазарет.

Подоспевшие полицейские скрутили дебошира и увезли с собой. Толпа протестующих мгновенно рассыпалась. Пройдя в лазарет, Музафаров стал рассказывать американскому врачу об оказанной раненому первой помощи, но тот его не понимал. И тут зашёл генерал Деревянко. Он узнал об инциденте от генерала Макартура, которому доложили его подчинённые. Кузьма Николаевич – кадровый разведчик, свободно владел английским и японским языками. Он подключился к разговору с врачом и перевёл ему всё, что говорил военфельдшер. Потом перевёл благодарность врача за спасение морпеха США. Уходя, генерал сказал младшему лейтенанту Музафарову, что он молодец и поступил как настоящий советский офицер и военфельдшер.

Он запомнил умелого и храброго офицера медслужбы и несколько раз брал его с собой, когда по поручению лично И.В.Сталина бывал в городах Японии, подвергнутых американской атомной бомбардировке.

Генерал и сопровождавшие его офицеры столкнулись с огромной опасностью для здоровья, так как опыта защиты от радиационного заражения в то время не было. К.Деревянко составил об увиденном детальный отчёт и вместе с альбомом фотографий представил его в Генштаб, а затем лично Сталину при докладе 5 октября 1945 года.

От облучения здоровье генерала серьёзно ухудшилось. После продолжительной и тяжёлой болезни 30 декабря 1954 года он скончался. Похоронен на Новодевичьем кладбище в Москве.

Как-то так сложилось, что имя подписавшего 9 мая 1945 г. акт о капитуляции Германии Г.К.Жукова хорошо знают в стране и мире, а имя К.Н.Деревянко для многих попросту было неизвестно. В прессе об этом упоминается крайне редко, хотя 2 сентября 1945 года вдвойне историческая дата – день капитуляции Японии и окончания Второй мировой войны.

Военфельдшер Мухамед Музафаров, вынесший с поля боя десятки бойцов и спасший им жизнь, отмеченный многими боевыми наградами за мужество и храбрость, отличился и в мирной жизни. К фронтовым наградам добавились трудовые – звание «Заслуженный учитель школы БАССР», медаль «За освоение целинных и залежных земель», почётный знак «Отличник образования РСФСР».

Только судьба отпустила нашему герою совсем короткую жизнь. Казалось бы, самый расцвет сил и творческих планов, успешная работа в Уфимской школе-интернате. Но война отпустила его ненадолго. Тяжёлые испытания отняли много сил и здоровья. Мухамед Гатиятович покинул этот мир, едва успев отметить своё 50-летие. Считается (без официальных подтверждений), что причиной тяжёлого заболевания стало посещение заражённых японских городов.

Сегодня мы вспоминаем великую эпоху и звёздное время нашей великой единой Отчизны. В тот день, более 80 лет назад, люди со слезами слушали радио: «Наступил долгожданный мир для народов всего мира. Поздравляю вас, мои дорогие соотечественники и соотечественницы, с успешным окончанием войны, с наступлением мира во всем мире!»

Вдребезги разбитая японская армия и капитуляция Японии не означали ликвидации тайного фронта. Перед войной советский Дальний Восток был нашпигован японской агентурой. НКВД СССР и Смерш начали охоту. Но это уже другая история.