Между принцем и первопроходцем

Вот и наступил по-настоящему 2016 год: большинство из нас вышли на работу, впереди – новые горизонты, планы-отчёты, литры кофе, часы задушевных бесед, рутина будней. Позади пиры духа, изнурительного застолья, гигабайты фотографий и кинолент.

Наверняка многие сумели посмотреть трогательный семейный мультик «Маленький принц». Покоряют потрясающий саундтрек – очень интимный, домашний голос, напевающий незатейливую песенку, – и разные по культуре мультиматографа части ленты – современная, знакомая по всем нынешним мультикам глянцевая большеглазая армия персонажей, и рисованая часть с угловатыми линиями, оживляющими рисунки Антуана де Сент-Экзюпери.

Автор детской повести интуитивно почувствовал синкретичную природу искусства: его рисунки – неотъемлемая часть сказочной истории, без них нет волшебства. И авторам мультфильма удалось это соединить: рассказанную историю и историю изображённую. Признаться, когда шла в кинозал, думала увидеть лишь экранизацию повести. Но в итоге почувствовала ностальгическое настроение и приятную грусть, что остаются всегда после качественного текста. Смысл уже давно расхватанных на цитаты сентенций Экзюпери, конечно, не стал новым, хотя самые известные изречения так и не прозвучали. Но этот понятный всем – и взрослому, и ребёнку – смысл пробился к нам среди ура-ура речей из телевизора, шума новогодней кутерьмы и ночных салатов и салютов – «самого главного глазами не увидишь...».

С «Маленьким принцем» выросло не одно поколение взрослых, ещё не забывших, что они когда-то были детьми. Эту повесть полюбили мгновенно: она переведена на множество языков, по ней ставят спектакли, балеты, мюзиклы, ей посвящают песни и целые альбомы. Маленький принц – уже часть нашего культурного кода, по которому мы безошибочно узнаём близких нам по духу людей. Этот герой безусловно симпатичен, впрочем, как всегда симпатичен и вызывает восхищение человек, сумевший преодолеть немыслимые обстоятельства, чтобы выжить. Ряд образов Робинзона Крузо, героя Тома Хэнкса («Изгой») и множества других персонажей, популярных с 18 века, в кино пополняет маунтинмен Хью Гласс (Леонардо ди Каприо, фильм «Выживший»).

В этой ленте особенно впечатлила работа оператора – Эммануэля Любецки. Как сняты сцены борьбы с медведицей, падение с обрыва человека с лошадью, плавание в богатой порогами горной реке, для меня загадка. Восхищает, как тонко гениальный Любецки проводит мостики от шикарных панорамных видов к крупным планам напряжённого лица героя, как незаметно меняется глубина резкости, как работает камера в ручном режиме, воссоздавая иллюзию быстрого бега, атмосферу волнения или тревоги. Впечатлительные особы могут очень впечатлиться сценами ночёвки в брюхе лошади и не раз передёрнуться от отвращения во время просмотра. Пиратская копия фильма практически сорвала сборы в кинотеатрах – за первые сутки число скачиваний превысило 739 тысяч.

Если «Маленький принц» – история скорее литературная, в которой чётко прослеживается текст и над-текст, то «Выживший» (основанный так же на книге) – картина визуальная, шаг за шагом показывающая жизнеспособность стратегии «нет». Ди Каприо не раз удивлял своих поклонниц периода фильма «Титаник» умением отказываться от шаблона белокурого красавца. В «Выжившем» мы наблюдаем полное актёрское пренебрежение своей физической стороной. Тело – ткань, которую можно подлатать, подпалить края, чтобы не рассыпались нитки. Светлые глаза по выразительности всегда проигрывают тёмным, но лопнувшие капилляры застывших от напряжения глаз актёра вполне убедительно передают внутреннюю сосредоточенность героя в преследовании своего врага.

Мы живём в прекрасное время – всё, что хочется посмотреть или почитать, доступно. Дело за малым – смотри, читай, размышляй.